Читаем Семибоярщина полностью

После угощения Паука Равула Спиридоныч позвал его к себе, поведал ему о похищении Наташи. Паук получил разрешение наведываться к Ульянихе. Ему этого только и надо было. Со старой приятельницей сговориться было нетрудно, однако она заломила высокую цену за пособничество в похищении Алениным Наташи, но нашлись старые счеты, которые Паук не преминул ей напомнить, погрозив опасными разоблачениями, и старуха сошлась на двадцати пяти червонцах. Решено было, что в условленный день она под вечер выйдет с Наташей гулять в сад, отодвинет задвижку на калитке, выходившей в глухой проулок, выпустит ее, замкнет калитку, ляжет в противоположной стороне сада на землю, немного спустя поднимет крик и тем, кто прибежит, расскажет, что неизвестные перелезли через ограду сада, похитили девушку, а ее едва не убили. Что до самой Наташи, то о предстоявшем спасении ее условлено было из предосторожности не сообщать ей до дня похищения.

Сделав, таким образом, дело, Паук выбрался ночью в стан рязанского воеводы, дождался Аленина и договорился с ним о дне похищения. Вместе с тем за дополнительную плату (этой суммой Ляпунов ссужал Аленина) Паук обещал посодействовать Аленину проникнуть в Москву при посредстве знакомых из числа москвичей, друживших с поляками, а также обещал разыскать Алексея Наумова и Яшу (сведения о которых Аленин тут же сообщил Пауку) и передать им просьбу, чтобы помогли в похищении Наташи. Что касается условленной платы и расписки, то получить их от него непосредственно после похищения Паук отказался, чтобы не оказаться замешанным и не быть заподозренным Цыплятевым: условились, что за получением денег и расписки Паук явится к воеводе уже по возвращении Аленина в стан. Условившись обо всем этом, Паук отправился в Москву, чтобы разыскать Алексея Наумова и Яшу.

— А с ними дело обстояло так: когда в свой приезд Алешин отправился искать их, под утро после пытливых расспросов и упорных поисков ему удалось выяснить, что Алексея и Яшу в последний раз видели сражавшимися в одной из уличных стычек с поляками на Страстной неделе. По словам одних очевидцев, оба были убиты, по словам других — только ранены и подобраны каким-то монахом. Путем дальнейших расспросов удалось установить более или менее определенно личность монаха: он был послушником Донского монастыря Симеоном, приставленным беречь небольшую часовенку с чтимым образом Святителя Николая на одной из окраинных улиц Китай-города, рядом с местом стычки, в которой принимали участие Алексей и Яша. О Симеоне Аленин узнал, что он известен умелым и заботливым уходом за ранеными москвичами, которых подбирает, обходя город по ночам, и относит с помощью товарища в потайной подвал под часовенкой, которую он разыскал и действительно нашел там Алексея и Яшу. Они были хотя и не смертельно раненными, но сильно ослабевшими от потери крови. Об участии их в сопровождении Матвея Парменыча к Троице нечего было и думать, так как раньше чем через несколько дней они покинуть свой приют не могли. Поэтому, оставив их на попечении Симеона, Аленин условился, что как только предоставится возможность, он так или иначе свяжется с ними и даст им знать, как поступать дальше.

Паук теперь разыскал их, нашел почти поправившимися: хотя у них еще не вполне зажили раны, но они уже выходили и чувствовали себя достаточно бодро. Появление Паука немало смутило их, они заподозрили, не готовит ли он им ловушку. Но когда тот передал им предусмотрительно врученную Алениным верительную грамотку и рассказал о предстоявшем спасении Наташи, оба радостно воспрянули духом и дали обещание принять участие и помочь в похищении девушки.

Днем похищения выбран был четверг на Фоминой неделе. В этот день Аленин, Яша и Алексей должны были на заходе солнца встретиться в глухом проулке возле задней стороны сада Равулы Спиридоныча и осторожно трехкратным свистом вызвать из сада Наташу. О бегстве верхом нечего было и думать: в пределах города четверо всадников обратили бы на себя внимание. Решено было, что Наташа, выйдя в проулок, быстро переоденется в мужское платье, а затем все четверо пешком выберутся из города и, уже перейдя Яузу, Аленин с Наташей сядут на приготовленных коней, а Алексей и Яша присоединятся к троицкому отряду Палицына.

В напряженном ожидании прошло время до условленного дня встречи. Наконец наступил четверг. Стоял теплый погожий весенний вечер. В конце дня Ульяниха вывела Наташу погулять в сад. С утра она осторожно подготовила девушку к предстоявшему событию. Сообщение это, мысль о возможности свободы, о свидании с Дмитрием, а затем с отцом вызвали у нее порыв восторга. Как ни была взволнована она, но чтобы не выдать себя и Ульяниху, слегка успокоилась, проявила самообладание и стала ждать вечера. Однако радость оживляла лицо румянцем, поднимала настроение, просвечивала в улыбке, звучала в голосе.

Пока Наташа гуляла в саду, Равула Спиридоныч по обыкновению наблюдал за нею из окна. Ульяниха знала об этом и боялась, как бы боярин не выследил их, когда они пойдут к калитке. И вдруг произошло то, чего они обе и не ожидали.