Читаем Семья Берг полностью

Семья Берг

Владимир Юльевич Голяховский , Владимир Голяховский

ЗАПИСКИ РЕДИСКИ

Однажды, играя в саду вечерком,Крольчата нашли под большим лопухомНа старом морковном огрызкеЗаписки ученой редиски.У мамы-крольчихи крольчата спросили:— Какие слова тут написаны были?Они догадаться никак не моглиИ я вас прошу, чтобы вы по… (помогли).«Весь день в понедельникУ нас беспорядки:Какой-то бездельникТоптался по гря… (грядке).Животное это имело копыта,Крутыми рогами бодалось сердитоИ блеяло: „М-м-е-е“, закрывая глаза;И я догадалась, что это ко… (коза).Во вторник садовник сидел на скамейке,И наш огород поливал он из ле… (лейки).А в среду к обеду сорвали петрушку,Чеснок и крыжовника полную кру… (кружку).В четверг на рассвете явился паук,И я наблюдала картину:По правилам всех самых точных наукНа грядке он ткал пау… (паутину).Пятница, пятница, пятый день недели,В эту паутину мухи зале… (залетели).Вот уже шесть дней подряд веду я наблюдения,За субботой, говорят, наступит вос… (воскресенье).Будет в это воскресеньеУ Наташи день рож… (рожденья).Лук, и свеклу, и салат положили в миску,Прямо с грядки для стола вырвали ре… (редиску).И остались от редиски —Хвост зеленый да запи… (записки)»

Августа никак не ожидала от Алеши таких зрелых стихов:

— Очень хорошие стихи. Знаешь, давай пошлем их поэту Корнею Чуковскому. Может быть, он что-нибудь важное скажет.

Адреса они не знали, написали наугад: «Дом писателей, Корнею Чуковскому». К удивлению и радости обоих, через месяц от Чуковского пришло письмо:

— «Дорогой Поэт! („Поэт“ было написано с большой буквы.) Ваши стихи так изящны и прелестны, что я сразу отнес их для опубликования в альманахе детской поэзии. Они будут напечатаны. Вообще, перефразируя Пушкина, я могу сказать: „Старик Чуковский вас заметил и, в гроб сходя, благословил“»[53].

Гордости матери и радости Алеши не было предела — похвала от самого Чуковского! И такая радость — его стихи будут напечатаны! Когда вышел альманах, Августа скупила много книг и раздаривала их всем знакомым, а Алеша с трудом мог поверить, что над стихотворением напечатано его имя. Впервые в жизни он давал автографы.

Для каждого важного дела нужен стимул, и самый лучший стимул — это похвала авторитета. После письма Чуковского Алеша стал писать больше и больше. Бабушка Прасковья Васильевна уверовала в Алешин талант и, убирая в его комнате, подбирала все скомканные и разорванные листки, которые он выбрасывал, когда что-то у него не получалось. Иногда Алеша вдруг не находил такой листок:

— Бабушка, ты не видела листок бумаги, который я выбросил?

— Как же, Алешенька, — вот он, твой листочек.

Алеша вступил в пионеры, писал стихи в классную стенгазету, стал примерным активистом — был типичным простым советским мальчишкой. Летом он ездил в пионерский лагерь от министерства своего отца, ему нравилась спортивная пионерская дисциплина. И никогда никому не говорил, что его отец министр. Он даже как-то стеснялся этого.

* * *

В тот раз, в зимний вечер 1938 года, Семена Гинзбурга, как всегда, не было дома. Поздно вечером Августа позвонила Павлу и встревоженным голосом сообщила:

— Павлик, заболел Алеша. Я не знаю, что делать.

— Что у него болит?

— Он жалуется на живот.

— Поговори с Машей, она лучше знает.

Расспросив по телефону Августу, Мария поставила предварительный диагноз:

— Скорее всего, у него аппендицит. Надо везти в больницу. Если это аппендицит, нужна срочная операция.

— В какую больницу везти? В нашу Кремлевку я его не дам. Про нее говорят: «Полы паркетные, а врачи анкетные». Они обязательно сделают что-нибудь не так, как надо.

Перейти на страницу: