Мигнуло сообщение. Денис прислал сердечко и написал, что переживает, поскольку эмоциональ Алины недоступен. Та улыбнулась. Все же он милый, и зря она на него наговаривает и достает своей идиотской ревностью. Конечно, он раздолбай, но любит ее! Ну, а ссорятся все пары.

«В конце концов, такое решение нельзя принимать в одну секунду. Надо еще подумать. Посоветоваться с Денисом и мамой, с соцработниками. Нельзя жить эмоциями, это глупо», — решила Алина.

Прошло больше часа, прежде чем она заглянула в спальню. Шуша спала, темные волосы разметались по белой подушке, рука выскользнула из-под одеяла и свисала с кровати. Алина вернулась обратно, набрала знакомый номер.

— Алло, да, это снова я. Девочка у меня, спит. Приезжайте, только не звоните в дверь, вы ее разбудите, напугаете. Я сама открою. Да, жду.

Нажала отбой и открыла вкладку с последними моделями эмоционалей.

Виктория Балашова

Мама, я плачу

Глава 1

Оглашение первого приговора. Заседание суда от 14 мая 2025 года

— Тишина в зале, — скомандовала по привычке помощник судьи Елена Коровина.

Шуметь было некому: огромный зал, рассчитанный на сто мест, пустовал. Елена подумала, что и в Сети вряд ли кто-то проявлял интерес к заурядному заседанию суда. Приговор касался мальчишки, которого знать не знают. Он — не сын знаменитости или известного политика, не убивал никого с особой жестокостью, не насиловал извращенно. Парень даже не объявлял голодовки. Чего же в нем интересного для обывателя?

На самом деле, в помещении, кроме Елены, находилось еще двое: судья Милютин и представитель органов опеки и надзора Ермолина. Ермолина могла посмотреть окончание «спектакля» из дома. Но ей-то, конечно, веселее было поприсутствовать лично, позлорадствовать, так сказать, оф-лайн, в реальности. С Владом Ермолина намучилась! Сколько он от нее сбегал, прятался по подвалам и чердакам этих ужасных, непотребных районов на окраинах, в которых селились сплошь отбросы общества! Ей приходилось отыскивать его, перебарывая отвращение и брезгливость, зажимая нос, дабы не вдыхать отвратительные «ароматы», в ужасе отпрыгивая от мышей и крыс, кидавшихся под ноги. Мрак!

А ведь Влад — наикруглейшая сирота. Но туда же: на свободу. Не хочет в тепле и уюте приемника, коллектора, а повезет, в приемной семье. Хочет в грязи и вони. Бррр!!!

— Ювенальный Суд постановил, — бубнил в это время Милютин, — признать Владислава Георгиевича Синицина, две тысячи десятого года рождения, виновным в нарушении предписания о регистрации и нарушении правил пребывания на территории коллектора номер восемь по городу Москве, а также в оскорблении полномочных лиц, исполнявших свои обязанности в отношении…

Милютин честно перечислял все правонарушения Влада, ввергая себя и дам в сон. Единственный, кто слушал приговор внимательно, был сам обвиняемый. Не то что Влада сильно интересовало, куда его засунут в очередной раз. Просто он всегда получал удовольствие от пересказа совершенных им подвигов, пусть даже и таким заунывным голосом.

— Учитывая раскаяние подсудимого, — промямлил Милютин.

«Я, блин, не раскаивался, — подумал Влад с удивлением, — что-то новенькое».

— А также ходатайство отдела по размещению детей-сирот при Ювенальном департаменте Министерства Юстиции…

Тут уж проснулись все. Помощница судьи проснулась из любопытства: накануне вечером ничего такого в постановлении суда не наблюдалось. Ермолина проснулась, потому что почуяла: ее обходят на повороте свои же. Впрочем, не впервой, но от того не легче. Влад был на стреме изначально, поэтому лишь навострил сильнее уши.

— Передать Владислава Георгиевича Синицина в элитный коллектор имени Фурсенко, — судья что есть мочи шарахнул молотком и вышел из зала.

Коровина последовала вслед за ним.

«Как ловить поганца, так мне, — подумала со злостью Ермолина, — а как денежки грести, так элитщикам».

«Шикарно! — подумал Влад, следуя за охранниками. — Не повезло, так не повезло!»

Оглашение второго приговора. Заседание суда от 16 мая 2025 года

Орала Елена в микрофон:

— Повторяю, нарушителей будут выводить из зала!

Охранники шныряли между рядами и электрошокерами указывали особо буйным на дверь. В зале сидело человек пятьдесят. Но Василиса постаралась на славу: она попросила прийти самых смелых, самых независимых-ни-от-чего своих защитников. Кричали они как следует. Не учи ученых.

— Тишина в зале!!! — взревела Коровина.