Читаем Семейный архив полностью

...Каждый рассказ трогал меня до глубины души. В рассказе «Трещина» каким-то образом эпизод, где герой в отчаянии готов бросить глыбу асфальта в «проклятую старуху» и вдруг вспоминает ватрушки, вареники, которыми она, эта старуха, его угощала, — этот эпизод перекликнулся с нашей теперешней израильской жизнью. Я сразу вспомнила, как неоднократно мысленно думала бросить все и вернуться в Россию, и вспомнила о том, что эта маленькая, отнюдь не совершенная страна накормила всех, тысячи приехавших, и мы уже забыли это ценить, а как только подумаешь о России, то в ужасе представляешь голодные глаза своих детей. Да, этот рассказ о ненависти к евреям, о тех незаслуженных обидах, которые этот народ переносил в галуте...

Аня

Феликс Марон, Беер-Шева, Израиль

29.1.98

...На мой взгляд, в смерти Есенина никаких загадок нет, он сам убивал себя — водкой, так сложилась его жизнь. Все попытки возобновлятъ периодически разговоры о загадочной смерти Есенина, Маяковского вызваны лишь ненавистью к евреям... Читаю статьи Бовина в «Известиях», в последней — бьет во все колокола: растет фашизм в России, надо бороться с ним... Целиком разделяю его тревогу.

Исаак К.— В.Вихновичу, Латвия

14.4.98

...Давно хотел написать вам о житии в Латвии... В газетах впервые разгорелась полемика по моральному вопросу: какая оккупация была хуже — гитлеровская или сталинская? Чем виноваты русские, переселившиеся в Латвию после 45-го года? Меня неприятно поразило единодушие этнических латышей в одобрении антисемитизма и русофобии... В Сейме много партий, но ни у кого нет сожаления за участие в войне на стороне Гитлера и, конечно же, нет раскаяния за уничтожение евреев. Можно возмущаться, можно удивляться, но это мировоззрение. Я иногда пишу для местной районной газеты; кажется, никогда еще не отказывались публиковать. А тут написал, что в гетто были уничтожены исключительно невиновные в репрессиях евреи, так как советские активисты, даже рядовые комсомольцы, были вовремя эвакуированы. Не напечатали...

У Исаака К. погибла вся семья в Рижском гетто, сам он бежал из гетто и только чудом спасся...

Феликс Марон, Беер-Шева, Израиль

7.5.98