Читаем Семь желаний полностью

Я занял место Марко. Вошел Плосконос. Вид у него был сонный и испуганный. Сутулясь и опустив голову, словно пробирался между рядов в кинотеатре во время фильма, он прошел в угол. Присев на стул, на всякий случай принял «китайскую» позу и принялся грызть ногти.

– Пожалуйста, – тихо сказала мне Ольга, – обоснуй свои выводы. Чтобы ни у кого не осталось никаких сомнений.

– Я постараюсь, – пообещал я.

– По случаю чего собрание? – громко сказала Виолетта, появляясь в гостиной и с ухмылкой оглядывая присутствующих. – Нашему детективу не дают покоя лавры Шерлока Холмса? Или, пардон, Эркюля Пуаро? Скажите, – обратилась она ко мне, – кто из них вам больше импонирует?

– А кому с большей охотой вы бы признались в совершенном преступлении? – спросил я.

– Прекрасный вопрос! – похвалила Виолетта, но на вопрос тем не менее не ответила.

– А кто такой Пуаро? – подала голос Кика.

– Деточка, – не преминула съязвить Виолетта, – неужели в вашем учреждении не было библиотеки?

Ольга обошла стол и встала у входной двери, будто намеревалась предупредить возможное бегство Леры.

– В моем учреждении была библиотека! – с вызовом ответила Кика, хотя Виолетта уже не смотрела на нее. – А будет ли в вашем, еще неизвестно.

– А давайте поиграем! – предложила Виолетта, размахивая незажженной сигаретой. – Наш уважаемый сыщик вместо имени нарисует клеточки, а мы будем угадывать буквы? Я начинаю первой. Буква А!

– Вам еще не надоело играть? – спросил я.

– Что вы! – воскликнула Виолетта.

– Тогда раздайте каждому его пожелание, – сказал я и протянул женщине стопку листов.

– Замечательно, замечательно, – приглушенным баском произнесла Виолетта, принимая бумаги.

Она положила их перед собой, низко склонилась и стала перебирать. В гостиной повисла тишина.

– Знаете, – сказала она, не отрываясь от чтения, – эту задачку я уже один раз решала. Только… только здесь одна писулька лишняя. Я вижу ее первый раз. Вот: «Я в детстве обожала разгадывать загадки. Это ужасно интересно! И вот я сейчас всем присутствующим загадываю загадку…» Такой записки не было!

– Это моя! – сказала Лера, протянула руку за листом и пощелкала пальцами.

– Что ты говоришь?! – с издевкой воскликнула Виолетта. – Никогда бы не подумала, что ты способна разгадывать загадки.

– Тем не менее это так, – подтвердил я. – Компьютер зафиксировал время, когда это пожелание было написано. Если не ошибаюсь, Лера заходила в подсобку перед вами?

– Ммм… Да!

– В таком случае это могла написать только она.

– Очень, очень интересно, – пробормотала Виолетта, отдавая лист Лере.

– Компьютер зафиксировал! – скептически произнесла Ольга, которая продолжала охранять выход. – Ерунда какая! У компьютера бывают сбои!

– Был у него сбой или нет, определит специалист, – мягко возразил я.

Ольга кинула на меня недоуменный взгляд, словно хотела спросить: «Что-то не пойму, куда ты клонишь».

Виолетта склонилась над очередным пожеланием.

– «Я человек простой и не умею писать умно…» – невнятно бормотала она. – Ну, это эпистолярные потуги нашего неумного дворника.

Она швырнула лист на середину стола и скороговоркой прочитала начало следующего пожелания:

– «Марко! Ты считаешь, что стоишь на вершине Олимпа…»

– Дайте сюда! – обрывая Виолетту на полуслове, сказал Плосконос, вскакивая со стула. Он покраснел и покрылся капельками пота, словно только что вышел из парной.

– Бери, кайфолюб, бери! – усмехнулась Виолетта. – Никто не покусится на твои порочные откровения.

Плосконос выхватил лист из рук женщины и тотчас смял его в кулаке.

– Почему ты позволяешь ему так обращаться с вещественными доказательствами? – неожиданно громко крикнула мне Ольга.

– В них уже нет необходимости, – ответил я.

На эти слова Ольга возмущенно пожала плечами и произнесла:

– Ну, знаешь! Ты меня удивляешь! Первое впечатление было куда лучше.

– А мне, напротив, он нравится сейчас больше, – вставила комплимент Виолетта и снова опустила голову. – Так-с, что у нас дальше? «Я знаю, что такое настоящий мужчина…» Ага, это мои размышления…

Не успела Виолетта убрать свою записку с глаз долой, как она в одно мгновение оказалась в руках Кики.

– Секундочку, мадам! – с азартом воскликнула Кика. – Что вы там писали про настоящих мужчин?

– Ну вот, – произнесла Виолетта, глядя на меня с надеждой на защиту. – Впустили быдло в приличное общество.

Кика, упиваясь своей властью над Виолеттой, стала громко, играя интонацией, читать:

– «Я прекрасно разбираюсь в людях. И потому мне сегодня очень грустно. Перед нами сидит глупая Обезьяна, которая думает, что она – человек. Она кривляется, отпускает плоские шуточки, заставляя всех смеяться. Блеск остроумия! Особенно впечатляет, как веселится Шлында. Обезьяна публично вытирает о нее ноги, а Шлында смеется. Прелестная парочка! Не удивлюсь, если через год выяснится, что Шлында и Марко на пару украли редакционный фонд и поделили его поровну».

– Каждый имеет право на собственное мнение! – Виолетта попыталась смягчить эффект от прочитанной записки.