Читаем Семь выстрелов в Петлюру полностью

И первые, и вторые имеют немало свидетельств, документов и гипотез, которые опровергнуть или достоверно обосновать очень трудно. Самым неприятным в этой полемике, которая длится уже более шестидесяти лет и была основана книгами современников Петлюры еще в конце 20-х годов, является, на мой взгляд, то, что оппоненты не хотят слушать друг друга и часто факты истории используют лишь как орудие политической борьбы.

Обстоятельнее труда первой группы исследователей – это, безусловно, книжка генерала Николая Шаповала "О смерти Симона Петлюры", изданная еще в 1929 году в Скрэнтоне, и непревзойденная еще и до сих пор фундаментальная монография украинского историка старшего поколения и приятеля Петлюры А.Яковлева "Парижская трагедия", отпечатанная 1930 года в Праге.

К этому следует добавить и работы современных историков украинского происхождения, которые живут на Западе, изданные уже в 70-е годы. К ним относятся студии Бориса Марченко, Юрия Кульчицкого, Зиновия Соколюка и других.

Оппоненты этих исследователей, в свою очередь, имеют немало научных трудов. И первые из них появились еще в 20-е годы. Прежде всего следует вспомнить достаточно грубую, уникальную по приведенным фактажом книгу известного французского адвоката Анри Торреса "Процесс о погромах", выпущенную 1928 года в Париже.

Уникальна она тем, что ее автор был на этом процессе защитником Шварцбарта и, пожалуй, как никто, знал все обстоятельства дела. Конечно, этот автор не мог быть беспристрастным.

Но наиболее полно антипетлюровськое направление, по моему мнению, воплощено в огромной, на полтысячи страниц, монографии историка профессора Саула Фридмана, изданной в Нью-Йорке в 1976 году. Уже ее название свидетельствует о позиции автора: "Погромщик. Убийство Симона Петлюры".

Отпечатана большим тиражом, эта книга основательностью своей источниковой базы и большим количеством цитируемых документов будто поставила последнюю точку в многолетней полемике. Но к парижскому процессу 1926 – 1927 годов еще, пожалуй, неоднократно будут возвращаться и историки, и критики.

Немало интересных документов и свидетельств, непосредственно касающиеся этого дела, хранится в архивохранилищах и библиотеке фонда, который имеет название "Архив Черикова" (Нью-Йорк) и в Парижской библиотеке имени Симона Петлюры, которая была создана на средства и благодаря ходатайству украинской диаспоры.

Поэтому на основании изучения литературных и документальных источников, а также получив возможность ознакомиться непосредственно с судебными материалами, автор этих строк хотел бы, не вмешиваясь в спор по существу, осветить лишь бесспорные факты, то есть рассказать, как драматично и напряженно проходили и следствие, и сам судебный процесс над убийцей Самуилом Шварцбартом.

С тем, что Самуил Шварцбарт был мститель, решительно не согласны украинские историки диаспоры. По их мнению, Шварцбарт был обычный агент ГПУ, террорист-наемник Москвы, направленный на уничтожение Петлюры. Такую версию они отстаивали еще в 1926 году.

Профессор Юрий Кульчицкий, например, доказывает, что "украинцы (имеются в виду деятели эмиграции. – Д.Т.) постоянно задавали себе вопрос, почему убит именно Петлюра.., а не Деникин, Волынцец, Булак-Балахович или кто-то другой из известных погромщиков, которые постоянно жили в Париже.

И ответ ясен: в отличии от них, Петлюра возглавлял украинское национально-освободительное движение и именно этим был опасен для врага. Большевики постоянно преследовали Петлюру и, оказав дипломатическое давления, заставили его уехать из Польши [1 – см. примечания в конце текста].

Он пользовался престижем в Польше, Франции и других странах. Его поддерживали украинцы в изгнании и повстанцы в Украине, которые продолжали бороться с большевиками в подполье, все еще надеясь на поворот. Убив Петлюру, враг надеялся уничтожить украинское освободительное движение…

Убийство Петлюры было только первым из целого ряда политических убийств украинских национальных лидеров и шло также по линии постановления Коминтерна о политических убийствах, которая была подписана 9 января 1926 года.

Сам характер убийства очень напоминает методы, примененные большевиками в их борьбе с украинским подпольем в 1921-1926 годах. Еще перед убийством Петлюры большевики усовершенствовали способы устранения атаманов, убивая их или опорочивая их честь. В случае такого угрожающего противника, каким был Петлюра, они применили оба мероприятия".

То есть главный аргумент здесь – повышенная опасность, угроза со стороны Петлюры для большевистского правительства. И именно поэтому, мол, главный атаман пал жертвой террористического акта.

Но их оппоненты не соглашаются: Петлюра не был более опасным противником, чем, скажем, Деникин или Врангель, но они не стали жертвами покушения. Кроме того, сам по себе этот аргумент более чем сомнительный хотя бы потому, что если бы убийство Петлюры организовывали органы ГПУ, они могли бы сделать это тайно, позаботиться о том, чтобы убийца не попал в руки французской полиции.