Читаем Семь сирен полностью

— Моя секретарша сделала это — час назад.

Лофтинг взял Корнелиуса под руку и грубо потащил к двери.

Девушки остались на своих местах. Я понимал, что они испытывали. Решив, что мне не помешает еще одна порция спиртного, я отправился к буфету. В кресле зашевелилась Филиппа.

— Так значит, никому? — прошептала она. Рот ее скривился в усмешке.

Никто ей не ответил. Вдруг Аманда неожиданно бросилась на колени и засунула голову в камин.

— Что там еще? — заволновался я, проглотив целиком кубик льда.

Аманда повернулась.

— Крик. Голос мужской.

— Должно быть, это Корнелиус, — устало произнесла Ивонн. — Наверно, Лофтинг ему мстит, следующая очередь — наша. Вот комедия!

— Кто бы это ни был, — прорычал я, — мне необходимо выяснить. А ну-ка, барышни, собирайтесь, я должен посадить вас под замок.

Я взял у Аманды ключ от ее комнаты и запер там всех троих, но решил быть предусмотрительным и позволил им взять с собой бутылку скотча.

Не успел я спуститься с лестницы, как услышал громкие крики.

Дверь в подвал оказалась не заперта, поэтому я распахнул ее настежь и опрометью бросился внутрь. Сделав примерно пять шагов, остановился как вкопанный и смущенно рассмеялся.

— Что же тут смешного, мистер Робертс, — рассердился Лофтинг. — У меня большой вес, и мои руки вот-вот выдернутся из суставов. Когда вы меня спустите, я, может, тоже с удовольствием посмеюсь вместе с вами, но сейчас мне не до шуток.

— Корнелиус ударился в бега, — констатировал я очевидное.

— Вероятно, сэр.

— Не важно, Лофтинг. Зато вы теперь понимаете, как чувствовал себя я, когда висел тут рядом с трупом, пока вы с Амандой обсуждали, кто это сделал и почему.

— Теперь, преподав мне урок, которого я никогда в жизни не забуду, не могли бы вы освободить меня? Пожалуйста!

Я хихикнул, бережно опуская его на пол.

— Стоит ли беспокоиться и пускаться в погоню за Корнелиусом или оставим это дело полиции? — спросил я.

— Думаю, полиции придется гораздо сложней, чем вы предполагаете, — покачал головой Лофтинг, потирая затекшие плечи.

— Почему же? Остров не такой уж большой.

— Вы забыли о монтере из телефонной компании? Он наверняка приплыл сюда на лодке.

— Ладно, давайте посмотрим, но сможем ли мы его отыскать, — предложил я беспечно. — Если повезет, Корнелиус сорвется со скалы и сломает себе ногу.

— В кухне есть фонарик, сэр, — сказал Лофтинг.

Взяв фонарик, мы направились в прихожую, и тут в дверь стали барабанить. Открыв ее, Лофтинг сразу отступил, впуская в дом разъяренного телефонного мастера.

Его волосы прилипли к черепу, а со свитера на босые ноги капала вода.

— Кто-то сбросил меня в воду, — возмущенно сообщил он. — И к тому же украл мою лодку, черт такой!

Глава 13

— Итак, вся моя розыскная работа пошла псу под хвост — имя девушки даже не упомянули в завещании, — недовольно резюмировала Мэндала Уормингтон.

— Твои старания не пропали втуне. Во всяком случае, они дали старикану пять минут счастья в конце жизни, и он пристроил свои денежки.

— Надеюсь, что так. Нельзя умереть, не позаботившись о семидесяти миллионах долларов.

— Верно. Хорошо, что я оказался под рукой, чтобы дать ему совет.

— Конечно. И что же ты посоветовал? — Мэндала приподняла бокал с шампанским и одарила меня дразнящей улыбкой.

Я под столом приласкал ее колено.

— Брэдстоун все же оставил десять миллионов Джойс Джонсон. И это его идея — не моя. В ту же секунду, как он умер, дамочка накрыла его простыней и напилась до чертиков с двумя киношными статистами в гостиной его усадьбы в Лос-Анджелесе.

Позднее, за кофе, я спросил:

— Тебе интересно, куда делись остальные деньги?

— Еще бы!

— Лофтинг получил миллион. Сперва Брэдстоун возражал, но я уговорил его, убедив, что Лофтинг во всей этой истории оставался единственным человеком, который не проявлял никаких признаков личной заинтересованности и действовал искренне, безо всяких эгоистических побуждений.

— А куда же делись пятьдесят девять миллионов?

— Я предложил ему основать фонд, которым конечно же будет управлять фирма «Робертс, Робертс и Гримстед». Фонд предназначается для открытия сиротского приюта. Старикану понравилась эта мысль, хотя он понял всю ее иронию.

— Ну, какая уж тут ирония. Это, пожалуй, перст судьбы. Девушка, которая по праву наследовала все деньги, замыслила и осуществила серию убийств, чтобы их заполучить.

— И все же тут кроется еще большая ирония, — усмехнулся я.

— Неужели?

— Ивонн не дочь А. З. Бертраму Брэдстоуну.

— Да нет же! — нахмурилась Мэндала.

— Ивонн действительно та маленькая девочка, которую привез в приют мужчина, живший с ее матерью. И ее мать действительно имела связь с Брэдстоуном. Но старикан оказался не единственным.

— Ты хочешь сказать… Лофтинг? — Мэндала в изумлении уставилась на меня.

— Верно. Несколько слов, которыми обмолвился Лофтинг, заставили меня кое о чем задуматься. Он сетовал на отсутствие успеха у женщин и на то, как с ним обошлась его последняя пассия. Сопоставив события, я пришел к выводу, что, скорее всего, мать девочки и стала его последним шансом завести любовную связь.