Читаем Семь дней, семь ночей полностью

Наконец заветные двери открылись, и путешественники стали заходить внутрь, сдавая администратору зала свои регистрационные талончики. Та, в свою очередь, давала команду официантам, чтобы они провожали каждого до их столика.

Полина пришла, когда очереди уже совсем не было. Она подошла к администратору, немного полноватой, приветливо улыбающейся женщине.

– Извините, пожалуйста, Валентина Петровна, – сказала Полина, прочитав имя женщины на бейджике и протягивая ей два талончика. – Господин Альберт Гольберг не сможет приходить в ресторан. Ему надо приносить еду в каюту.

– Хорошо, – доброжелательно ответила администратор. – Я скажу официанту. Он будет приносить.

– Извините, – сказала Полина и посмотрела на женщину. – Я его сопровождаю в этом путешествии. Я хотела бы сама это делать.

– Нет вопросов, – снова согласилась та. – Сами, так сами. А Вы где будете кушать?

– Я буду здесь. Он сам справится. Руки у него в порядке. Я буду ему относить, а потом возвращаться сюда.

– Ну, и ладненько. Можете за едой для господина Гольберга даже чуть раньше приходить. Минут на пять, чтобы самой-то горяченького успеть поесть. А то мы ведь не сможем подогреть. Кухня-то – внизу. Нам еду на лифте поднимают.

– Спасибо, – улыбнулась Полина, тронутая такой заботой. – Я привыкла уже. Мне вполне достаточно того, что есть.

– Ну, и ладненько, – снова повторила та. – Проходите, вон Ваш столик в конце зала. Возьмёте там его салатик и хлебушек. А потом ко мне подойдёте, я распоряжусь, чтобы остальное выдали. А вечером пораньше приходите, как договорились.

– Спасибо Вам, – улыбнулась в ответ Полина и направилась к указанному столику.

– Добрый день, – поприветствовала она сидящих за столом. – Приятного аппетита!

– Добрый, спасибо, – ответили все по очереди, вежливо кивнув в её сторону, не прерывая обеда.

Стол был рассчитан на восемь человек. Он явно был составлен из двух столиков, за которыми спокойно сели бы по четыре человека. Из каких соображений их сдвинули, понять было сложно. Да, в общем-то, в данный момент это никого особенно и не волновало.

Около окна сидели мужчина и женщина средних лет, по всей видимости, семейная пара. Рядом с ними – девочка лет пятнадцати-шестнадцати. «Туристы и их дочь, наверное», – мельком подумала Полина. Ей нравилось вот так, казалось бы, мимолётом, предугадывать характер и увлечения людей.

С другой стороны стола, тоже у окна сидели молодой парень с девушкой. «Молодожёны», – окрестила их Полина.

Два места рядом с «молодыми», видимо, предназначались ей и г-ну Альберту. Напротив неё тоже пустовало ещё одно место.

Полина взяла одну тарелочку с салатом, два кусочка хлеба и, сказав: «Извините, я сейчас вернусь», – направилась к выходу.

Сидящие за столом с некоторым удивлением посмотрели ей вслед, но постарались никоим образом не выдать своё любопытство.

* * *

Полина вернулась в ресторан минут через десять.

Все места, кроме их с г-ном Альбертом, были уже заняты.

– Приятного аппетита! – ещё раз сказала она, усаживаясь на крайнее место и пододвигая к себе оставшуюся тарелочку с салатом.

– Спасибо, и Вам приятного, – доброжелательно откликнулись «туристы». Девочка-подросток что-то невнятное буркнула себе под нос, а молодожёны, казалось, даже и не заметили её появления.

Дама, сидевшая напротив неё, скользнула по ней невидящим взглядом и снова уткнулась в свою тарелку, отрезая острым ножом кусочек сочного мяса.

Полина быстро поела и, сказав всем: «спасибо», встала из-за стола.

* * *

– Ну, вот, примерно так! Да, Томочка? – Олег довольно потёр руки и критически оглядел каюту.

Все вещи были вынуты из чемоданов и аккуратно разложены и развешаны на плечики в стенном шкафу. В самом низу лежали три небольших рюкзачка.

Обувь стояла ровным рядком под зеркалом около двери.

На полочках над кроватями разместились несколько «походных» детективов, фотоаппарат и маленькая видеокамера.

На откидном столике под окном стояла начатая бутылка минеральной воды, и лежали несколько пачек сухого печенья.

– Пойду, посмотрю, как там Анюта.

– Сходи, сходи. Я пока маршрут отмечу, – ответила Тамара, раскладывая перед собой карту.

Олег вышел из своей каюты и постучал в дверь соседней. Никто не отозвался.

– Анечка, Анюта! – тихо позвал Олег.

Он снова постучал и попробовал повернуть ручку. Дверь не открывалась, видно была заперта на ключ.

Олег вернулся к себе в каюту.

– Тома, она не открывает. Или её там нет? – он беспомощно развёл руками.

– Как это нет? – сердито посмотрела на него Тамара. – А где же она?

– Не имею представления, – снова развёл руки в стороны Олег.

Они оба вышли в коридор.

– Анна, открой дверь! – позвала Тамара и дёрнула за ручку двери.

Ответа снова не последовало.

– Ладно, подождём немного. Здесь ей некуда деться. Может, спать легла после обеда? – Тамара вопросительно посмотрела на мужа.

– Может, – неуверенно поддакнул тот, и они вернулись в свою каюту.

* * *

Аня лежала, съёжившись и спрятав голову под подушку. Она слышала, как её звали отец с матерью, но ей совершенно не хотелось с ними разговаривать.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Сочинения
Сочинения

Иммануил Кант – самый влиятельный философ Европы, создатель грандиозной метафизической системы, основоположник немецкой классической философии.Книга содержит три фундаментальные работы Канта, затрагивающие философскую, эстетическую и нравственную проблематику.В «Критике способности суждения» Кант разрабатывает вопросы, посвященные сущности искусства, исследует темы прекрасного и возвышенного, изучает феномен творческой деятельности.«Критика чистого разума» является основополагающей работой Канта, ставшей поворотным событием в истории философской мысли.Труд «Основы метафизики нравственности» включает исследование, посвященное основным вопросам этики.Знакомство с наследием Канта является общеобязательным для людей, осваивающих гуманитарные, обществоведческие и технические специальности.

Иммануил Кант

Философия / Проза / Классическая проза ХIX века / Русская классическая проза / Прочая справочная литература / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Измена в новогоднюю ночь (СИ)
Измена в новогоднюю ночь (СИ)

"Все маски будут сброшены" – такое предсказание я получила в канун Нового года. Я посчитала это ерундой, но когда в новогоднюю ночь застала своего любимого в постели с лучшей подругой, поняла, насколько предсказание оказалось правдиво. Толкаю дверь в спальню и тут же замираю, забывая дышать. Всё как я мечтала. Огромная кровать, украшенная огоньками и сердечками, вокруг лепестки роз. Только среди этой красоты любимый прямо сейчас целует не меня. Мою подругу! Его руки жадно ласкают её обнажённое тело. В этот момент Таня распахивает глаза, и мы встречаемся с ней взглядами. Я пропадаю окончательно. Её наглая улыбка пронзает стрелой моё остановившееся сердце. На лице лучшей подруги я не вижу ни удивления, ни раскаяния. Наоборот, там триумф и победная улыбка.

Екатерина Янова

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Самиздат, сетевая литература / Современная проза