Я толкнул первую попавшуюся полуоткрытую дверь, вошел, огляделся. Три на три метра примерно, высокий потолок со светящейся холодным белым светом лампой. Чистенько, на полу – ковролин, диванчик из кожзаменителя – можно и вдвоем, и даже втроем сесть. Пахло дезинфекцией, но убирали тут небрежно, в углу комнатки я увидел обертку от конфеты. Ребенок, что ли, приходил, на строгую мамку жаловался? Хотя нет, в другом углу – маленькая бутылочка, на сто грамм. Тут кто-то выпил и закусил. А что? – хорошая идея, если на кафешку денег нет, а на улице неудобно.

Напротив диванчика на стене висел экран – белый круг диаметром метра два. Рамка у круга была из серо-синего металла, как дверь в «защищенную зону» в Гнезде.

Где-то за стеной тихо, монотонно бубнил другой посетитель. Слов было не разобрать, угадывался лишь недовольный тон.

Я сел на диванчик. Ничего не происходило.

Ах, да.

Я вернулся к двери, закрыл ее. Что-то щелкнуло. Экран засветился серым. Вообще-то настоящий серый – это просто смешение цветов, но тут было ощущение, что в экране слегка разбавленная серым тьма.

Сев на диванчик, я вздохнул.

И сказал:

– Меня зовут Максим. Я призван Гнездом, тем, что в бывшем Минкульте. Позавчера вечером Гнездо было атаковано, погибли все Измененные, кроме одной жницы и одной куколки. Жница объявила себя хранителем и призвала меня на помощь Гнезду. Вчера я посетил большое Гнездо на Раменской. Их хранитель сказала, что Измененные не причастны к нападению. Сегодня ночью атака повторилась. На Гнездо напало странное существо. Оно было шестилапое, здоровенное, с мохнатой башкой. Кажется, могло наносить удары на расстоянии, каким-то силовым полем. И еще было невидимым и очень быстрым. Но мне удалось его убить.

Экран ровно, не мигая, светился. Точно так же, как перед славящими Инсеков фанатиками, проклинающими их психами, молящими об исцелении больными и жаждущими знаний учеными.

Инсекам плевать на то, что им рассказывают. Вряд ли они вообще слушают.

– Вот и всё, пожалуй, – сказал я. – Мы решили, что вам надо знать. Ну и от себя – мне на вас плевать, я вас не люблю, я вас не ненавижу, вы для этого слишком могучие и умные. Вот Луну только жалко.

Я начал вставать.

И меня швырнуло обратно на диван, прижало к пахнущей спиртом обивке.

«Оставайся на месте», – прошелестело в голове.

Глава десятая

Ощущение было неприятным.

Не смертоносный удар монстра, от которого меня защитило Гнездо.

Но что-то такой же природы.

Меня будто гигантской ладонью вдавили в диванчик, так что под задницей звякнули пружины. И придерживали – секунд десять.

Потом экран засветился ярче, и из него в комнатку полез Инсек!

Я первый раз увидел пришельца не по телевизору. Он и впрямь походил на исполинского муравья: гладкая вытянутая голова блестела, будто лакированная, сегментированное тело покрывала такая же внешняя броня – из хитина или еще чего-то, не знаю, суставчатые лапы росли из туловища. Длиной Инсек был метра два – два с половиной, поменьше монстра, но все равно размеры впечатляли. Что его резко отличало от муравьев, так это отсутствие усиков и выдвинутых вперед челюстей, обычные, даже не фасетчатые глаза и круглый рот.

Конечно же, он не был насекомым. Есть какие-то ограничения размеров, которых те могут достичь, это связано с биологией. «Внешнее сходство», как сообщили Инсеки при первом контакте.

В ужасе и оцепенении (держать меня было вовсе не обязательно, никуда бы я сейчас не делся) я смотрел на приближающуюся голову Инсека.

А потом понял, что это иллюзия.

Во-первых, экран довольно небрежно висел на стене, кажется, просто на крючках, а не на креплениях вроде телевизионных. И стенка была легкая, гипсокартонная – от такой туши либо экран бы упал, либо вся стена треснула.

Во-вторых, от Инсека не возникло ни малейшего движения воздуха, а высунулся он резко. И никакого тепла или холода не ощущалось.

Ну а в-третьих, самое главное, – когда я чуть пришел в себя, то заметил, что тень от Инсека падает на пол не полноценная, а словно затемнение от плотной ткани.

Проекция, голография, что угодно – но не живой пришелец.

Страх сразу ослаб, хотя если Инсек смог дистанционно прижать меня к дивану, то, наверное, и об пол расплющить сможет.

– Доброе утро, – сказал я, глядя в лицо пришельца.

Инсек смотрел на меня. Потом рот приоткрылся, и я услышал голос. Обычный голос, а не эти дурацкие образы-сигналы в мозгу. Мягкий, приятный, словно бы женский. Но я почему-то не мог воспринимать его как особь женского пола.

– Ты говоришь с проекцией особого рода. Я нахожусь далеко. Тебе не надо бояться.

Подмывало, конечно, сказать, что я ничуть не боюсь. Но врать нехорошо.

– Постараюсь, – сказал я. – Но вы меня напугали. Можно убрать давление?

– Разумеется, – ответил Инсек. Прижимающая меня сила исчезла. – Это была предосторожность ради твоего же блага.

– Угу, – согласился я. Инсек продолжал изучать меня. Уж не знаю, как эта проекция была организована, но, за исключением мелких недочетов, казалось, что мы говорим лицом к лицу.

– Как выглядел нападавший?

– Ну… с длинными ногами…

– Представь.