Читаем Семь полностью

— Совершенно определенно в этом замешаны Президент, верховный главнокомандующий, ряд министров и руководство крупных фармакологических корпораций. Частично вовлечены все Избранные. Бесплодные Избранные — так точно. Не думаю, что они осознают масштабы проблемы, просто не хотят лишаться своего статуса, и поэтому тайком обращаются к донорам, тем самым поддерживая идею собственной исключительности.

— К донорам тайком не обратишься, — парировал я, — этот процесс находится под контролем Министерства здравоохранения Конфедерации, все обращения фиксируются. К тому же я так и не понял, в чем ты их обвиняешь?

Анна рассмеялась. Однако веселья в ее смехе не было. Только горечь. Горечь, и что-то еще… Я не мог разобрать, что.

— Не слишком ли вы наивны, генерал? Мы говорим о геноциде, масштабов которого человечество еще даже не осознало. Ты думаешь, его вершители не нашли способ обмануть систему? Думаешь, криобанки взрывают Свободные?

— Кто же, если не они?

— Те, кому нужно замести следы незаконного использования отданного на хранение биоматериала.

— Руководству криобанков?

— Да. Я долго над этим думала, и вывод напрашивается сам собой. Впрочем, доказательств у меня нет.

Я кивнул головой. Скорее всего, в этом вопросе Анна ошибалась. Я лично поймал Ноя на горячем. Совершенно определенно, за взрывами криобанков стояли Свободные. Ной этого не отрицал…

— Почему ты решила, что приемный отец Мата знал что-то?

— Я брала у него интервью. Поначалу он был не слишком разговорчивым и пуганым… Примерно так же себя вел и Мат. Наш разговор проходил вполне себе прозаично. Ничего нового я для себя не узнала, хотя собеседником он был неплохим. Рассказывал интересно. Но потом… Потом что-то случилось. Грег позвонил мне ночью… Его голос был очень взволнованным, мужчина сказал, что у него есть важные документы, способные разоблачить многих влиятельных людей. Мы назначили встречу, но он не пришел… А потом в новостях мелькнула информация, что Грег умер.

Я задумчиво потер бровь:

— Думаешь, его убрали?

— Не сомневаюсь, — хмыкнула Анна.

— Какого рода информацией он мог обладать?

— Грег был ученым с мировым именем. Думаю, он каким-то образом докопался до истины. Не знаю, как… Возможно, ему что-то стало известно в процессе других исследований. Ты ведь в курсе, так бывает, ищешь одно — находишь совершенно другое. Как Колумб, который искал путь в Индию, а открыл Америку…

— Допустим… Только с чего ты взяла, что Мат в курсе происходящего?

— Да он же пуганый! Ты сам видел… Парень собственной тени боится…

— Это не доказательство, — справедливо заметил я.

— Возможно… — отвернулась к окну Анна, — черт! Мы были так близко… Так близко! Твою ж мать… И это еще Ной не в курсе событий!

— А ему что? Сейчас Ноя волнует исключительно Кайя…

— Но это ведь звенья одной цепи, Яков! Как ты не понимаешь?! Не искалечь нас правительство, никому бы и в голову не пришло похищать женщин только лишь для того, чтобы превратить их в поставщиков яйцеклеток! Не решив одной проблемы, мы не сможем решить другую! И Ной может головой о стены биться, но никто ему не даст гарантию, что это не повторится, скажем, с его дочерью!

Ее слова были справедливы. Наверное, да…

— Что ты предлагаешь, Анна? Не ты ли еще совсем недавно не хотела марать в этом руки, опасаясь за свою жизнь?

Девушка опустила голову. Я свернул в узкий проулок и припарковался у ее дома.

— Тебе есть, что терять? — наконец спросила она, тем самым выбивая кислород из моих легких.

— Да. Мне есть…

— Она может тебя даже не вспомнить, Яков… Ты ведь знаешь, обо всех рисках трансплантации мозга…

Анна знала, куда бить. Я не ожидал от нее подобной жестокости.

— Поэтому мы так серьезно относимся к вопросу выбора донора, — ответил я, выходя из машины. Распахивая дверь перед девушкой, я меньше всего думал о правилах приличия. Мною двигало совершенно другое. Я хотел, чтобы она поскорее убралась.

— Пойми… Всем нам… всем тем, кто борется с системой… нужен лидер. Я допускаю, что тебе сейчас не до спасения мира, но… Я не вижу другого человека, кто мог бы взять эту функцию на себя. Ты обладаешь необходимыми знаниями и подготовкой… Вокруг твоей героической личности могут объединиться миллионы людей.

— О господи… Анна, оставь это дерьмо!

— Не оставлю! Я и сама-то осмелела, только лишь по одной причине… Впервые я увидела человека, который действительно может хоть что-то изменить!

— И этот человек — я?!

— Несомненно. Ты уже знаешь гораздо больше, чем любой человек до тебя…

— Ты знаешь ровно столько же… А возможно и больше.

— Я не воин, Яков… Просто подумай о том, что происходит. Ты мог бы этому противостоять. Ты бы мог…

Я ничего не ответил. Вернулся в машину, включил автопилот, задав курс обратно к госпиталю. Мне нужна была Нана. Я не мог и не хотел думать о чем-то еще. Я не хотел…