Читаем Секс полностью

Мне было девять лет, когда мама решилась рассказать, откуда берутся дети. Мама немного краснела, старалась говорить небрежно и спокойно, и у нее даже почти вышло. Но тогда я маминых стараний оценить не смогла, потому что отчаянно пыталась скрыть и не выдать лицом страшную тайну: я уже знала про секс все. Ну… не все. Но уж точно больше, чем «мужчина помещает свои половые органы в женские». Бедная мама. Словосочетание «половые органы» показалось мне тогда ужасно неприличным. И, если честно, до сих пор кажется. Внимание, вопрос: откуда я в восемь лет знала про секс, если раньше мама молчала? Верно, от подруг. Скорее всего, с тобой было то же самое. И ничего зазорного в этом нет. Все нормальные девочки мечтают, чтобы однажды приехал принц с розами и конем (желательно белым, мы это уже обсуждали) и забрал в тридесятое царство. Но у умных девочек сразу возникает вопрос: ну, хорошо, ну, забрал, а что с ним делать дальше? «Жить долго и счастливо» — это, конечно, прекрасно, но хотелось бы конкретики. Как именно живут долго и счастливо после коронации? Можно спросить у мамы, но мама, скорее всего, отделается какой-то непонятной фразой и сменит тему. Или того хуже, бросит обидное «вырастешь — узнаешь». Маму можно понять. В нашем с тобой обществе разговоры, связанные с сексом, строго табуируются (то есть, или сводятся к минимуму, или вообще запрещены[2]). И уж точно категорически не одобряются такие разговоры с людьми младше шестнадцати лет (я не удивлюсь, если увижу, как кто-то плюется, сжигая эту книжку, и ты, если увидишь, не удивляйся). В общем, получается так: взрослые занимаются сексом, но ужасно этого стесняются. И еще получается: заниматься сексом можно, а разговаривать об этом — ни-ни. Тебе кажется, что это нелогично? Привыкай, взрослые всегда такие. Но тогда откуда же нам узнать про такую интересную штуку, как секс, если дяденьки и тетеньки молчат, как воды в рот набрали? Верно, остаются подруги.