Читаем Секс без любви полностью

Мы с Анной проговорили еще больше двух часов. Я заставила подругу трижды рассказать о вчерашнем вечере, вспоминая каждую деталь. К тому моменту, когда мы расстались, голова раскалывалась, но боль под черепом не шла ни в какое сравнение с болью в груди.

Так хотелось сорваться в Калифорнию и поддержать Хантера, пока он горюет о своем брате. Не имел значения даже тот факт, что сейчас не было никаких нас. Просто хотелось побыть рядом с ним.

Ночью я без конца ворочалась в постели. В мозгу пролетали миллионы мыслей. Была ли та давняя потеря Хантера причиной, по которой он отказался от наших отношений? Стал ли он бояться привязанностей после такой душевной раны? Он потерял маму и брата в таком юном возрасте. Может, эти потери оставили незаживающие следы в его сердце, которые заставляют бояться борьбы за свои чувства?

Хотя Анна пролила свет на психику Хантера Делусиа, я еще больше заблудилась в темных закоулках души этого человека. Почти в полночь я схватила лежащий на ночном столике телефон. Пальцы зависли над именем Хантера. На западном побережье только девять — не слишком позднее время для звонка. Но если позвоню сейчас, Хантер легко сложит два и два и поймет, что звонила Анна и рассказала о вчерашнем вечере. Если же не позвоню, больше не засну никогда.

В конце концов решила не звонить, а написать. Таким образом, приоткрою дверь для общения, и Хантер сможет выбрать: вступить со мной в диалог или захлопнуть дверь прямо перед моим носом. Поколебавшись еще минут десять в выборе правильных слов, решила начать с самого простого.

Наталья: Думаю о тебе. Хочешь поговорить?

Нажала на «отправить» и стала ждать ответа. Пульс стучал как бешеный. Через десять секунд «доставлено» сменилось на «прочитано». Когда стали прыгать точки, я затаила дыхание. Предвкушение ответа пульсировало в моих венах. Через несколько секунд точки остановились, и я шумно выдохнула. Как завороженная я уставилась на экран, предполагая, что Хантер прекратил печатать, и в эти мгновения его слова несутся через эфир на мой телефон.

Я ждала…

Пять минут.

Десять минут.

Полчаса.

Целый час.

Но слова так и не появились на экране.

Мне стало бы легче, если бы он так и не открыл сообщение или я не видела, как прыгают точки, когда он решил написать. Тогда я бы цеплялась за крохотную надежду, что он еще не получил мой текст. Но сейчас все было ясно: этот мужчина прочитал мое сообщение и решил не утруждать себя ответом.

Хантер

7 лет назад

«Ну же, Джейс, возьми трубку». Нервно постукивая ногой, я считал гудки. После четвертого я переключился на голосовую почту.

И снова без результата.

Схватив ноутбук, я бросился к выходу, на секунду задержавшись у кабинета моего босса.

— Мне нужно изучить кое-какие материалы в разделе строительства, — солгал я. — Вернусь через пару часов.

В машине я включил музыку, чтобы отвлечься, но это не особо помогло.

В последнее время Джейс пребывал в мрачном настроении. Да и чему удивляться? Даже сидеть и говорить он теперь мог с большим трудом. Кое-как он вставал по утрам с постели, но к концу дня у него совсем не оставалось сил. Судорожные подергивания в руках и плечах стали такими сильными, что он регулярно просыпался среди ночи. Из дома он не выбирался уже несколько месяцев — разве что на прием к врачу.

Мы пытались уговорить его перебраться к дяде Джо и тете Элизабет или поселиться со мной, но Джейс наотрез отказался. Не желая полагаться на помощь близких, он предпочел визиты медсестер.

Этим утром он позвонил и оставил мне сообщение. Я как раз сидел на совещании и не мог сразу ответить на звонок. С неприятным чувством я вновь прослушал текст сообщения.

«Братишка (долгая пауза).

Я никогда не сердился на тебя из-за Саммер.

Просто хочу, чтобы ты знал об этом (еще одна пауза).

Люблю тебя».

Болезнь Хантингтона сказалась и на сознании Джейса: мы уже привыкли к перепадам его настроения, к несвязности в мыслях. Но было в этом сообщении что-то еще. Такое чувство, словно он хотел снять с моей души тяжкий вес… перед тем, как уйдет насовсем. Оставалось надеяться, что я ошибался.

По пути я все набирал и набирал скорость, так что до дома Джейса добрался не за полчаса, а за двадцать минут.

Я постучал в дверь и, не дождавшись ответа, открыл ее своим ключом.

— Джейс!

Тишина.

На кухне его не было.

Как не было в гостиной и малой столовой.

Я заглянул в спальню.

Никого.

Я зашагал по коридору к заднему дворику и увидел, что дверь в ванную закрыта. Я замер, не в силах пошевелиться.

Черт, я, кажется, схожу с ума.

— Джейс, ты там?

Ответа не последовало.

Я постучал, и дверь в ванную, которая была лишь слегка прикрыта, распахнулась.

Я замер.

Пол качнулся у меня под ногами, кровь застыла в жилах.

Нет.

Нет.

— Не-е‑ет! — закричал я.

Тело брата свисало с потолочной балки.