Читаем Секретный фронт полностью

Денисов остановился в десяти шагах, все еще тяжело дыша, а Сушняк, полностью овладев дыханием, подошел к ним вплотную.

- Разрешите доложить, товарищ старший лейтенант? - Сушняк подбросил ладошку к виску, чуточку задержал и опустил ко шву пыльных брюк.

- Давайте, давайте, товарищ старшина! - поторопил его Пантиков.

Сушняк переглянулся с о с в о и м лейтенантом и, как бы получив разрешение, доложил о том, что след бандитов отыскан, противник, судя по словам одного из жителей, "забазировался" на заранее укрепленных позициях в винных подвалах, находящихся под землей - под их ногами. Сушняк притопнул каблуком.

- Под ногами? - удивленно переспросил Пантиков.

- Так точно, товарищ старший лейтенант! Погреба расположены под площадью.

- А где вход? - спросил Кутай.

- Магометов выясняет, товарищ лейтенант. У местного жителя.

- Я знал, не могли же они провалиться сквозь землю, - облегченно произнес Кутай.

- Как не могли? Именно под землю и провалились. - Пантиков не скрывал своей радости. Отчетливо-громким голосом, в нем теперь не оставалось и капли недавней слабости, он распорядился очистить площадь, растянуть технику, поставить орудия на огневые позиции. - Чудес не бывает, Кутай, сказал он весело и тут же увидел Магометова, спешившего донести о том, что рабочий вход в подвал обнаружен. Его указал крестьянин.

Желание Строгова ворваться в подвалы "шквальным штурмом" было отвергнуто осторожным Пантиковым и не поддержано Кутаем. Бандеровцы заранее готовили свои подземные схроны, нередко вместе с гитлеровскими фортификаторами, и делали все по науке. Если Лунь занял подвалы, зная, что за ним увязалась погоня, значит, он предусмотрел многое.

Пантиков, Кутай, Строгов и командир второго мотострелкового взвода Подоляка, вызванный на рекогносцировку, лежали, скрытые кустами бузины и боярышника, и изучали разведанный Магометовым вход в винные подвалы.

Хотя в овраге и вблизи рабочего входа было подозрительно безлюдно и валялись искореженные рельсы узкоколейки и вагонетки, к которым, по всей видимости, давно не прикасались, все же сомнений не оставалось: враг вполз сюда и притаился, выжидая. Теперь можно объяснить исчезновение следов. Открытой дороге Лунь предпочел каменное днище оврага, двигался вначале по воде, а потом свернул к Козюбам по сухому. Выигрыш во времени позволил ему значительно опередить погоню, замести следы и спрятаться в тайные, заранее подготовленные схроны.

В торцовом отвесе оврага, в подпорной стене, напоминающей железнодорожный акведук, были ворота из клепаной котельной стали, высокие, крепкие, покрытые матовой ржавчиной. Складывалось впечатление, что ворота были навешены не при старом хозяине - ему была ни к чему такая роскошь. К тому же на внешней их стороне не было запоров. Значит, они запирались изнутри. А зачем это хозяину! Да, дотошно старались немецкие саперы, готовя бункер для оуновского подполья.

Пантиков опустил бинокль, поглядел на неподвижно лежавшего Кутая, пристально изучавшего место.

- Ни одной амбразуры. Что бы это значило?

- Амбразуры появятся, когда распахнутся ворота, - сказал Кутай. - Эти номера нам известны...

- А как их открыть? - Пантиков полез в карман за папироской, вспомнил, что сам приказал не курить, покряхтел, сунул пачку обратно.

Солнце припекало нещадно. Гроздья созревшей бузины вяло свисали на тонких стеблях. Желтые листочки боярышника цепко держались на прутяных жестких веточках. Снизу, из-под пенька, вытягивалась ядовитая семейка поганок.

В слабо подсиненном небе ни облачка, и потому глубина его казалась бездонной. Стремительно, словно пернатые истребители, пронеслись клинтухи, дикие голуби, и где-то внизу, в овраге, заворковала горлица. "Давно здесь не стреляли", - подумал Кутай, прислушиваясь к безмятежному голосу птицы.

- Что будем делать? - спросил Пантиков.

- Одно остается - открыть двери, поглядеть, что там, - сказал Кутай.

- И как же ты намерен их открыть? Замок-то с той стороны.

- Взрывать, товарищ старший лейтенант. Есть взрывчатка?

- Прихватил и шнур и детонирующее устройство...

- Взорвем, а потом... - Быстро вмешавшийся Строгов осекся, поймав взгляд командира роты.

- Штурма в вашем понимании, товарищ Строгов, не будет, - сказал Пантиков, твердо округляя каждое "о", - грудь в грудь, штык в штык - не будет... - Хотел еще что-то добавить, но ограничился тем, что приказал Строгову подкатить на прямую наводку пару орудий и доставить взрывчатку.

Когда Строгов ушел, Кутай сказал:

- Орудия-то у нас не дотовые, не того калибра.

- Не того, правильно, - согласился Пантиков, - зато вполне подходящи против живой силы. Если рискнут на вылазку, мы их встретим огнем.

- Если вылазка, тогда да, - согласился Кутай.

Орудия подкатили вручную, выбрали позиции, расшили ящики снарядов. Взрывчатку поднесли осторожно, используя мертвое пространство, чтобы не попасть под огонь, если бы вдруг распахнулся бункер.

Возле безмолвных ворот минеры работали споро и в открытую, что беспокоило осторожного Пантикова. Заряд следовало заглубить, чтобы дать ему силу.