– Десять тысяч туманов.

– И какого рода совет вам нужен? Как их лучше вложить?

– Именно так, достопочтенный. Деньги опасные, за ними могут прийти.

– Кто?

– Русская контрразведка.

Мирзабула отстранился:

– Зачем же вы явились сюда? Хотите и меня втравить?

– Позвольте, я объясню. В Казвине есть русский офицер, служит в штабе дивизии, имеет отношение к военным секретам. Это законченный негодяй. Представляете, он присвоил деньги, которые казна должна была послать семьям погибших солдат!

– Такие негодяи самые полезные, – вставил собеседник, несколько успокаиваясь. – С ними проще иметь дело. Ну-ну?

– Зовут офицера сотник Гнатченко. Я маленько играю в карты и… в общем, никогда не проигрываю.

– Хорошее качество.

Ободренный Кербалай продолжил:

– Этот сотник и проиграл мне деньги, что вы видите. Казенные, конечно. В смысле украденные у мертвых солдат. Их скоро надо будет сдать обратно…

– Вот как! Да вы молодец, уважаемый господин Али-Абас. Штабной работник, и теперь у нас на крючке. Но насчет денег я не совсем понимаю. Это ваш, так сказать, военный трофей. Зачем вы привезли их сюда?

– Ну как же? Юсуф Халем-бек, вы должны его знать, получил от меня наводку на сотника и с тех пор прячется. Что они там задумали? Мне никто ничего не говорит. А если они с сотником не найдут общего языка? И он сдуру пустит себе пулю в лоб? Начнется служебное расследование, и могут выяснить, что офицер играл в карты. И продул мне крупную сумму. Что тогда?

– Так вы хотите…

– Да, уважаемый. Я хочу вложить свой, как вы изволили выразиться, трофей в хорошее коммерческое дело, но в другом городе. Чтобы русские дознаватели их у меня не нашли. Поможете найти такое дело в Тавризе? Десять процентов прибыли тогда ваши.

Однако Мирзабула словно бы и не слышал про издольщину. Он задумчиво протянул:

– Штабной офицер, которому нужно вернуть в срок большую сумму… Прекрасно. Но почему Халем-бек ничего мне об этом не доложил?

– Этого я не знаю. А вы, простите, начальник этому мошеннику?

– Именно что начальник! Вот черная душа. Хочет через мою голову донести наверх и получить отличие.

– Тогда я еще скажу: он должен мне сто туманов за то, что именно я так ловко подвел русского под вербовку. Без меня ничего бы не было. И вот вместо того, чтобы отдать долг, Юсуф прячется. Это непорядочно!

Резидент встал и протянул гостю руку:

– Приходите ко мне завтра после третьего намаза. Если все подтвердится, получите вашу сотню и мы обсудим, куда вложить трофей.

– Премного меня обяжете! До завтра!

На другой день Нургалий встретил казвинца весьма радушно и даже угостил дастарханом. Он заявил торжественно:

– Я проверил ваши слова, уважаемый, и получил подтверждение. Вот ваша премия.

– Благодарю вас.

– А теперь возвращайтесь к себе домой и выигрыш заберите. Опасаться вам нечего, сотник пулю в лоб пускать не собирается.

– Очень хорошо, вы меня успокоили, досточтимый Мирзабула.

– Дорогой Кербалай, на будущее, если у вас появятся еще такие полезные знакомые, сообщайте напрямую мне. Имейте дело с Халем-беком, он человек проверенный, но в важных случаях приезжайте сюда.

– Понял и намотал на ус. Я не повторю ту ошибку!

– И еще: к сотнику Гнатченко больше не приближайтесь. Его забрал себе турецкий Генеральный штаб. Особо важный источник! Никаких контактов. Увидите на улице – перейдите на другую сторону.

– Слушаюсь!

<p>Глава 8</p><p>Задание Юденича выполнено</p>

Армянский торговец средней руки Ашот Тер-Егизар-оглы мотался на своем муле по всей Северной Персии. Дела его, видимо, шли неплохо. На вопрос, где он пропадал полгода, молодой негоциант отвечал:

– Ай, не хочется и вспоминать. Подался в Турцию, думал, там люди богаче, обороты выше. А у них война началась. Едва меня аскеры не убили. Хотите, я вам шрам на ноге покажу? Пуля попала. Долго лечился, встало очень дорого. Между османами и армянами сейчас такие дурные отношения… Нет, уж лучше я буду торговать там, где не воюют.

К осени хитрый оглы, он же поручик Лыков-Нефедьев, создал крупную агентурную организацию. Она имела представителей в Тевризе, Тегеране, Исфагане, Мешхеде, Энзели, Маку и Хорасане. В Исфагане и Таббесе – двух главных центрах германского влияния – разведчик внедрил своих людей в немецкие и турецкие резидентуры. Сам он базировался на Казвин, где заведовал негласным разведывательным пунктом штаба Кавказской армии.

Поручик сумел также поучаствовать в успешной операции нашей разведки. В Тегеран прибыл новый военный агент Австро-Венгрии обер-лейтенант Вольфган Геллер. В Вене ему поручили организовать побеги военнопленных из концентрационных лагерей Русского Туркестана – там их скопилось более сорока тысяч. Геллер рьяно взялся за работу, но ничего сделать не успел. Николай выманил его через своего агента на охоту за город, где австрияка вместо фазанов поджидали наши казаки, чтобы вывезти в Тифлис…

В начале октября в Казвин приехал Драценко. Он был уже в полковничьих погонах.

– Николай Алексеевич, я прибыл обсудить нашу операцию с Гнатченко. Пора выводить ее на новый уровень. Турки верят сотнику?