Читаем Секретарь райкома полностью

Главным организующим звеном всей партийно-организационной и культурно-массовой работы среди коммунистов и всего населения, конечно, были самые добросовестные и бескорыстные люди из числа секретарей партийных первичных организаций. А они были в каждой ячейке трудовых коллективов, будь то в школе или больнице, на транспорте, или в каком-либо сельхозпредприятии, или геологической партии, как и в профсоюзном движении. Районная парторганизация руководила и общественными организациями – профсоюзные, комсомольские, спортивные, оборонные находились под постоянным влиянием партийных организаций, которые, в конечном счете, выходили на райком партии и его бюро. Высшим партийным руководящим органом района было бюро райкома между партконференциями и пленумами райкома. А сам аппарат райкома обеспечивал только выполнение решений бюро. Система руководства партией была разработана сначала Лениным, а потом Сталиным, и она за всю историю советского времени почти оставалась неизменной. Освобожденные секретари партийных организаций были только в крупных парторганизациях, они и зарплату получали в райкоме, и имели в своем аппарате людей для работы. Таким образом, в объединенном райкоме у нас были следующие освобожденные секретари парткомов: Северо-Енисейский – Александр Григорьевич Клименов, Тасеевской сплавной конторы – Николай Петрович Морозов, Северо-Ангарского горнометаллургического комбината – Николай Дмитриевич Машуков и Виктор Александрович Орт, АГРЭ – Вячеслав Григорьевич Ширинский.

В целом же секретари партийных первичных организаций никакими привилегиями не пользовались, а только несли обязанности и исполняли бескорыстно весьма трудную работу. Нашим новым инструктором-куратором крайкома партии стал Виктор Сергеевич Радкевич – инженер, затем окончивший ВПШ.

Полного благополучия в районе не создашь за счет местных условий. Мы были наполовину зависимы от краевых партийных советских и хозяйственных органов, от краевого бюджета, от выделенных государством средств на развитие производства, материально-технических ресурсов, транспортных средств. В районе в основном развивались сырьевые промышленные производства. У нас не было машиностроительного комплекса. Все это заставляло искать контакты с людьми в Красноярске, от которых это зависит, надеяться, что это поступит в плановом порядке, было просто утопией. Так мир давно устроен, что без связей, без контактов, без поддержки в большом деле проживешь в районе бесцельно.

У нас складывались хорошие взаимоотношения с руководством Красноярского совнархоза. П.Ф. Ломако в то время был переведен с повышением – стал заместителем председателя оргбюро ЦК по РСФСР (т. е. Хрущева). К руководству совнархозом пришла молодая команда из бывших норильчан. На первых порах председателем совнархоза стал Безяев – энергетик, но он скоро был переведен в Москву, и его место занял Василий Николаевич Ксинтарис, длительное время проработавший в снабженческих организациях Норильского промрайона.

Первым заместителем председателя Красноярского совнархоза стал Николай Тимофеевич Глушков. По профессии он финансист, имел среднее специальное образование, но по опыту уже прошел большие руководящие посты в «Енисейстрое», МВД СССР, потом заочно окончил юридический институт. Человек молодой и волевой. Как про него говорили, «где он прошел, там оставалась голая земля и пыль». Он хорошо изучил советскую школу управления и сам многое в жизни испытал. Как мне говорили, его родители были высланы в Сибирь из северной области России. У него было много противников, но за деловитость, знание дела и напористость его высоко ценили непосредственные начальники.

Несмотря на то что Глушков был по образованию финансист, он хорошо разбирался и в горном деле, и одно время даже в районе Канска руководил монацитовым производством, работал в Норильске. Я был на бюро крайкома, где его с большим трудом удалось, не без помощи Ксинариса, утвердить в должности первого зама. Зная его вес и оперативность в решении дел совнархоза, мне удалось с ним не только познакомиться, но и впоследствии подружиться на многие годы жизни. Я пригласил Глушкова приехать в район в благоприятное время года – конец августа, и объехать весь район, конкретно познакомиться с нашими делами, производством и месторождениями, сулящими большую ценность для страны.

Сначала были в северной части, преимущественно золотодобывающей, а потом и в южной, провез я его на полуглиссере по Ангаре до Стрелки, оттуда его увезла вызванная из Красноярска «Волга».

Удалось заманить в район и председателя совнархоза В.Н. Ксинтариса, проехали мы с ним территории района по Ангаре, однако в районе он не остановился, ограничился заслушиванием моей информации о делах в районе.