Читаем Секрет рисовальщика полностью

Мне выделили небольшую комнатку в самом дальнем отсеке, или, как их здесь называли, бараке. В первый вечер я долго не мог уснуть. Вспоминал разговор. Корил себя за то, что так нехорошо повел себя в первый же день знакомства со своим новым коллективом. Человек я по природе тактичный, а здесь вдруг что-то накатило. Сам себя не узнавал. Решил, что завтра еще раз извинюсь за свое поведение. И не только лично перед майором, но и перед остальными. Однако такие размышления не очень-то и способствовали сну. Я сел на кровати и в очередной раз огляделся. Напротив стояла еще одна кровать. Как мне объяснили, она принадлежала моему предшественнику. У изголовья — такая же, как и у меня, скромная тумбочка. На стене — ночник. Я пересел на его койку и убедился, что она ничуть не удобнее моей. Включил свет. Скорее от нечего делать, чем просто из любопытства, открыл дверцу тумбочки. Пусто. Выдвинул ящик. По дну каталось несколько цветных карандашей. Я извлек их из ящика и положил на тумбочку. Красный, синий и зеленый. Ничего особенного в них не было. Я громко зевнул и задвинул ящик обратно. И здесь обратил внимание на странный звук, будто в тумбочке скомкался лист бумаги. Меня это обстоятельство озадачило. Если я не ошибался, тумбочка теперь была совершенно пустой. В таком случае откуда шел этот звук? Я присел перед этим скромным предметом интерьера и снова отворил дверцу. Пусто. Тогда я взял и полностью вытащил единственный ящик. Именно в этот момент на дно тумбочки упал смятый лист бумаги. Значит, моя догадка была правильной. Видимо, бумажка застряла между ящиком и внутренней стенкой. И поэтому ее никто не заметил. Прежде чем поднять листок, я почему-то взглянул на дверь. Странное волнение овладело мной. Почему-то я решил, что разворачивать эту бумажку не имею права. Что-то подсказывало мне, что с ней связана какая-то тайна. И все же я поднял и развернул ее. Вот уж точно говорят, что любопытство — не порок. Это был обычный тетрадный листок в клеточку. И с обеих сторон он был исписан мелким, но очень красивым почерком. При этом писавший явно старался использовать всю площадь бумаги. Поля отсутствовали совсем. И даже сверху не было оставлено места. Строки начинались и заканчивались у края листа. Я стал читать…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
О войне
О войне

Составившее три тома знаменитое исследование Клаузевица "О войне", в котором изложены взгляды автора на природу, цели и сущность войны, формы и способы ее ведения (и из которого, собственно, извлечен получивший столь широкую известность афоризм), явилось итогом многолетнего изучения военных походов и кампаний с 1566 по 1815 год. Тем не менее сочинение Клаузевица, сугубо конкретное по своим первоначальным задачам, оказалось востребованным не только - и не столько - военными тактиками и стратегами; потомки справедливо причислили эту работу к золотому фонду стратегических исследований общего характера, поставили в один ряд с такими образцами стратегического мышления, как трактаты Сунь-цзы, "Государь" Никколо Макиавелли и "Стратегия непрямых действий" Б.Лиддел Гарта.

Карл фон Клаузевиц , Юлия Суворова , Виктория Шилкина , Карл Клаузевиц

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Книги о войне / Образование и наука / Документальное
Формула бессмертия
Формула бессмертия

Существует ли возможность преодоления конечности физического существования человека, сохранения его знаний, духовного и интеллектуального мира?Как чувствует себя голова профессора Доуэля?Что такое наше сознание и влияет ли оно на «объективную реальность»?Александр Никонов, твердый и последовательный материалист, атеист и прагматик, исследует извечную мечту человечества о бессмертии. Опираясь, как обычно, на обширнейший фактический материал, автор разыгрывает с проблемой бренности нашей земной жизни классическую шахматную четырехходовку. Гроссмейстеру ассистируют великие физики, известные медики, психологи, социологи, участники и свидетели различных невероятных событий и феноменов, а также такой авторитет, как Карлос Кастанеда.Исход партии, разумеется, предрешен.Но как увлекательна игра!

Михаил Александрович Михеев , Александр Петрович Никонов , Сергей Анатольевич Пономаренко , Анатолий Днепров , Сергей А. Пономаренко

Детективы / Публицистика / Фантастика / Фэнтези / Юмор / Юмористическая проза / Прочие Детективы / Документальное