Столы в ресторане ломились, но уровень блюд был ниже, чем на презентации. Все были очень довольны, так как программу размножили и подписали и уже на завтра была запланирована встреча Максима с Р. И. Хасбулатовым для презентации программы. В Верховном Совете программу создания негосударственного сектора экономики с нуля приняли на ура. Хасбулатов сказал, что будет выносить программу на Верховный Совет и докладывать о ней вице-президенту А. В. Руцкому.

После официального обсуждения программы к Максиму подошел лидер организации «Союз офицеров» Валерий Орлов и пригласил его в кабинет «попить чаю». Там за чаркой коньяка он рассказал Максиму о существующих противоречиях между Б. Н. Ельциным и Р. И. Хасбулатовым.

– Мы надеемся только на Руцкого, – сказал Валерий. – Там Гайдар и его правительство демократов тянут за уши свою программу с ваучерами.

– С какими ваучерами?

– А вот с какими: предлагают напечатать ваучеры и раздать их народу, и еще предлагают приватизировать все, вплоть до недр и предприятий военно-промышленного комплекса.

– Но это же продать страну – это как ребенка, как Родину продать.

– А эти люди такими категориями не мыслят. Если сам Гайдар еще производит впечатление порядочного человека, то его окружение – это просто наглые волки. У них доллары вместо глазниц.

– Но неужели эти люди не видят, что их так называемая реформа «шоковой терапии» по рецептам МВФ уже привела к тому, что народ обнищал. Они каждый день врут по телевизору, что нас ожидает скорое процветание, развернется конкуренция и цены пойдут на снижение. Но ведь ничего этого не происходит!

– Вот поэтому я вас и пригласил, Максим Викторович, чтобы вы были в курсе ситуации. Существует серьезное противостояние между Русланом Имрановичем и Борисом Николаевичем. Он считает, что реформы правительства Ельцина – Гайдара направлены против России и ее суверенитета.

– Чем я могу помочь вам в этой сложной ситуации?

– Вам нужно хорошо подготовиться к выступлению на Верховном Совете с вашей программой, продумать возможные вопросы оппозиции. Ведь Гайдар относит вашу программу к детищу невежественных экономистов-коммунистов, которые не поддерживают его реформы, потому что не могут забыть марксистско-ленинскую политэкономию.

– Знаете, Валерий, я был единственным беспартийным профессором на кафедре!

– Спасибо за информацию, постараюсь ее как-то использовать в нашу пользу.

Верховный Совет практически единогласно поддержал программу Максима, но младореформаторы не дремали: они подготовили закон о преобразовании государственных предприятий в акционерные общества. В итоге в середине августа они одержали победу. Верховному Совету удалось сохранить только право трудовых коллективов на преимущественный выкуп акций предприятий.

Эти события повергли Максима в полное уныние. Вместе с некоторыми членами рабочей группы он приехал в закрытый ресторан биржи зализывать раны. Он решил немного расслабиться, но от гнетущей его обиды первый раз в жизни напился. Близкая подруга генерального директора биржи – именно та женщина, которая привозила им домой продукты – решила проявить к нему горячее участие. Она заботливо уложила его на диван и стала ждать, когда он немного придет в себя.

Через два часа она вызвала такси и повезла Максима в столь знакомую ей по доставке продуктов квартиру. Когда они приехали, было уже за полночь. Обеспокоенная Лита открыла дверь и впервые увидела своего мужа в столь непрезентабельном виде. Она собрала в себе силы и приветливо пригласила женщину зайти в гости и выпить чаю.

– Ваш муж совсем расклеился. Я его еле дотащила, так уж извините, что мы приехали так поздно, – затараторила женщина.

– Большое вам спасибо. Проходите в гостиную, я сейчас его уложу и принесу вам чаю. Как вас зовут?

– Меня зовут Марина, а вас я знаю, вы Секлетея. У меня так прабабушку звали.

– Проходите Марина и зовите меня просто Лита.

Лита не без труда уложила мужа и вышла к гостье.

– Вам чай или кофе?

– А давайте кофе.

– А где вы живете?

– Я сама из Липецка, а живу у моего друга Ярослава – он президент биржи. Но это далеко – пять остановок на автобусе от станции метро Каховская.

– Так поздно вы не доберетесь: такси сейчас поймать трудно, да и в Москве небезопасно. Оставайтесь у нас, я вас утром накормлю завтраком, и вы поедете домой.

Лита вдруг почувствовала симпатию к этой простой русской женщине. Она постелила ей в кабинете и ушла спать. Когда она утром вышла в коридор, Марина мыла пол, что ее очень удивило.

– Мы вам здесь вчера наследили, вот решила помочь.

Литу позабавило это наивное «мы», но ей было приятно получить помощь. В этот трудный год она особенно прочувствовала, что, кроме Максима и Владимира, у нее никого нет.

Москва,1993 год