Читаем Секлетея полностью

– Моя дорогая, ты заработала для компании уйму денег. Если мы запустим это оборудование, то будем выпускать лекарства на уровне прежних друзей-демократов. А это уже лидерство, по крайней мере, в Санкт-Петербурге.

Через месяц все венгерское оборудование успешно заработало. Лита продолжала переоснащение и организовала поставку оборудования из Берлина. «Витафарма» вновь продала часть оборудования вместе с услугами по его обслуживанию теперь уже в Барнаул по приемлемым для тамошнего предприятия ценам. Лита задумала в будущем покупать лекарственные травы в Алтайском крае, который славился экологической чистотой, и стала наводить мосты в этом регионе.

Виталий был очень доволен. Когда переоснащение завода было успешно завершено, он собрал всех участников в ресторане и не забыл пригласить Моисея Яковлевича. Его первый тост был за Литу. Он отметил, что только такая талантливая женщина, как она, могла переоснастить предприятие и на этом еще и заработать.

После таких успешных проектов Виталий назначил Литу вице-президентом «Витафармы». Назначение было решено отпраздновать в семейном кругу, и Лита приготовила особенный ужин. Перед десертом Виталий обратился к Лите:

– За три с небольшим года ты стала опытной бизнесвумен. И это при том, что у тебя нет специального образования. Полагаю, тебе нужно поучиться в высшем учебном заведении, например, в Санкт-Петербургском государственном университете на экономическом факультете. Я узнавал: у них там открылось платное двухгодичное отделение для лиц с высшим образованием, то есть таких, как ты. Занятия там по субботам и один раз в неделю вечером.

– Да, я бы и сама хотела подучиться. Я тут по работе столкнулась с бухгалтерией и планово-экономическим отделом компании. Что хочу тебе сказать: они не дружат, сквозные регламенты работы отсутствуют, и это не может не снижать эффективность работы предприятия. Начальник отдела Наталья Власова говорила мне о необходимости внедрения международных стандартов учета. Но я полагаю, что в компании нужен просто регламентированный прозрачный учет. Но от перечня счетов в бухгалтерском балансе у меня голова пошла кругом. Так что нужно подучиться.

– И еще я хотел тебе сказать: многие талантливые женщины не берут фамилию мужа, а всю жизнь живут с девичьей фамилией. Я не настаиваю, но было бы неплохо, если бы ты вернула нашу родовую фамилию. Пусть Владимир остается Овчаровым и носит фамилию отца, а ты должна опять стать Секлетеей Красицкой.

Летом 1997 года Лита стала студенткой Санкт-Петербургского университета под именем Секлетеи Красицкой.

Наступил 1998 год, который некоторые российские бизнесмены окрестили годом пирамиды Чолулы163. От крушения в 1995 году предыдущей российской финансовой пирамиды компании МММ, организованной Сергеем Мавроди, пострадали граждане, мелкий и средний бизнес, и за это ее прозвали пирамидой Хеопса164.

За два года российские пирамидостроители поднаторели, заматерели и к концу 1997 года построили новую финансовую пирамиду уже на государственном уровне, организовав оборот государственных краткосрочных облигаций165, или, как их называли в народе, ГКО. К концу весны 1998 года доходность ГКО составляла 80% годовых. Руководители всех предприятий, как частных, так и государственных, ничего не делали, а только занимались игрой в ГКО. Частники прокручивали через ГКО бюджетные авансы, субсидии и собственные оборотные средства. Государственники же наваривали на заработной плате своих сотрудников, которую безнаказанно задерживали. И, как часто бывает, бедные слои населения беднели, а богатые – богатели.

Были в России и особо приближенные к олигархической верхушке, которые знали час Х, когда все это грохнется. А то, что это не может продолжаться долго, понимали практически все. Кто-то говорил, что пирамида рухнет в октябре, а кто-то – что продержится до ноября. К середине августа государственники и банкиры ждали очередной транш166 от международного валютного фонда, который сокращенно называли траншем МВФ. Так как его поступление гарантировалось международными финансовыми институтами, большинство недальновидных государственников, мелких и средних бизнесменов в середине августа отъехали в отпуск, который, в соответствии с новыми русскими привычками, проводили в дальних и теплых странах.

Все крупные банки из числа так называемой «Семибанкирщины»167 изо всех сил собирали средства вкладчиков, обещая огромную прибыль в 130% годовых. Обе столицы вдоль и поперек были увешаны их высокохудожественной рекламой, которая предлагала вкладчикам «золотые горы». Держащие нос по ветру корреспонденты, чуя неладное, обратились напрямую к Президенту Ельцину с вопросом: будет ли в ближайшее время падение рубля? Ельцин отвечал им расслабленно, в особой, свойственной только ему манере, растягивая слова: «Никакого падения рубля не будет!!! А если будет, то я лягу на рельсы!!!» Где эти рельсы, на которые он собирался лечь, Ельцин не уточнил.