Читаем Сегун. Книга 3 полностью

– Хороша, не правда ли?

Оми почувствовал, как у него загорелись глаза.

– Да, господин, очень.

Торанага купил контракт Кику для того, чтобы отлучить от нее Оми, – она была одной из его слабостей и возможной наградой ему. Эту награду можно было дать или нет в зависимости от того, докажет или нет Оми свою преданность, поможет ли устранить Ябу. Он помогал самым лучшим образом и доказывал лояльность много раз. Многие, если не все, прекрасные идеи Ябу шли от Оми. Месяц назад Оми разузнал никому не известные подробности о тайном сговоре Ябу с командирами мушкетного полка, выходцами из Идзу, с целью убить Нагу и других людей Торанаги во время битвы.

– Здесь нет ошибки, Оми-сан? – спросил он, когда Оми тайно доложил ему об этом в Мисиме, пока они ждали результатов от Марико.

– Нет, господин. Там, около дома, ждет Кивами Матано из третьего полка Идзу.

Самурай из Идзу, плотно сложенный человек среднего возраста, выдал весь заговор, сообщил пароли и объяснил, как должен сработать план.

– Я не мог жить с таким позором, господин. Вы – наш сюзерен. Честно говоря, этот план был составлен только на случай необходимости. Я думаю, это значит: на случай, если бы Ябу-сама решил изменить внезапно, во время битвы. Простите, но вы были первой целью, потом – Нага-сан. За ним – господин Судара.

– Когда впервые был оглашен этот план, и кто о нем знает?

– Вскоре после создания полка. Знают о нем пятьдесят четыре человека – я перечислил Оми-сама имена в письменном виде. План, с условным названием «сливовое дерево», был утвержден лично Касиги Ябу-сама, перед тем как он последний раз уехал в Осаку.

– Благодарю вас. Я ценю вашу верность. Вы должны хранить эту тайну до тех пор, пока я вам не скажу. Тогда вы получите надел, приносящий доход в пять тысяч коку.

– Прошу меня простить, я ничего не заслужил, господин. Я прошу разрешения совершить сэппуку за то, что столько времени хранил эту позорящую меня тайну.

– В разрешении отказано. Будет так, как я решил.

– Извините меня, я не заслуживаю такой награды. По крайней мере, позвольте мне остаться таким, как есть. Это мой долг, и он не требует награды. На самом деле я должен быть наказан.

– Какой у вас сейчас доход?

– Четыре сотни коку, господин. Этого достаточно.

– Я подумаю о ваших словах, Кивами-сан.

После того как самурай ушел, он спросил:

– Что ты пообещал ему, Оми-сан?

– Ничего, господин. Он пришел ко мне вчера по своему собственному желанию.

– Честный человек? Ты сказал мне, что он честный человек.

– Я этого не знаю, господин. Но он пришел ко мне вчера, и я поспешил сюда, чтобы сообщить вам.

– Тогда он действительно должен быть вознагражден. Такая преданность намного важнее всего остального.

– Да, господин.

– Никому ничего об этом не рассказывай.

Оми ушел, а Торанага задумался, не придумали ли Мидзуно и Оми заговор, чтобы опорочить Ябу. Он сразу же направил своих шпионов выяснить истину. Но заговор действительно существовал. Поджог корабля оказался прекрасным предлогом для уничтожения пятидесяти трех предателей – все они оказались в охране тем вечером. Кивами Матано он отправил на крайний север, дав ему хороший, хотя и скромный надел.

– Конечно, этот Кивами – самый опасный из всех, – заявил Судара, единственный, кому было рассказано о заговоре.

– Да. Всю жизнь за ним будут следить, не доверять… Но обычно есть хороший среди плохих и плохой среди хороших. Выбирать хороших и избавляться от плохих, не жертвуя хорошими, – это искусство. В моих землях нет мерзавцев, которых можно было бы легко сбросить со счетов.

«Да, – удовлетворенно подумал Торанага, вспомнив все это, – ты, конечно, заслуживаешь награды, Оми».

– Сражение начнется через несколько дней, Оми-сан. Ты мне так верно служишь. На поле последней битвы, после моей победы, я назначу тебя господином Идзу и снова сделаю род Касиги наследственными даймё.

– Прошу прощения, господин, пожалуйста, извините меня, но я не заслужил такой чести.

– Ты молод, но многое обещаешь в дальнейшем. Твой дед был очень похож на тебя, очень умен, но у него не хватало терпения. – Снова раздался женский смех, и Торанага посмотрел на Кику. Даймё все пытался решить ее судьбу… Первоначальный свой план он уже отбросил.

– Можно спросить, что вы имеете в виду под терпением, господин? – Оми инстинктивно чувствовал: Торанага хотел, чтобы ему задали такой вопрос.

Торанага все еще глядел на девушку, у него потеплело на душе…

– Терпение означает умение себя сдерживать. Существует семь чувств, как ты знаешь: радость, гнев, беспокойство, обожание, печаль, страх и ненависть. Если человек не дает им вырваться, он терпелив. Я не так силен, как мог бы быть, но я терпелив. Ты понял?

– Да, господин. Очень хорошо понял.

– Терпение для вождя необходимо.

– Да.

– Эта госпожа, например… Она отвлекает меня – слишком красива, слишком идеальна. Я чересчур прост для такого редкого создания. Я решил: пусть она принадлежит кому-нибудь другому.