Читаем Седьмой читатель полностью

Звякнули бутылки. Старший брат сделал глоток пива, вытер рот и обнаружил, что Фан Му сидит как истукан.

– Шестой брат, что такое?

Словно очнувшись от раздумий, Фан Му увидел, что все смотрят на него, и поспешно улыбнулся.

– А?.. Всё нормально.

– Ты выглядишь не очень хорошо, – заметил Ван Цзянь. – Если тебе нездоровится, то не пей.

– О, да всё в порядке… – Фан Му поднял бутылку пива и сделал большой глоток.

Атмосфера за столом становилась все более теплой. Создавалось впечатление, что молодые люди пытаются оставить позади все свои проблемы. Они чокались, хлопали друг друга по плечу, громко разговаривали и смеялись. Четвертый брат, казалось, раздухарился сильнее всех. Он просил Старшего брата рассказать какой-нибудь анекдот, а затем уставился на Ван Цзяня.

– Ты, парень, ведешь себя так, будто психотропов наглотался, – поморщился тот.

– Я знаю, в чем дело. – У Хань бросил в рот орешек. – Он ведь тоже был в том формуляре. Но теперь, когда Тан Дэхоу мертв, наш толстячок в безопасности.

– Э! – Четвертый брат покраснел, а потом заметил: – Я не верю, что этот формуляр сулил всем смерть.

– Откуда ты знаешь, что это не так?

– Разве это не очевидно? Чэнь Си умерла, а ты в порядке…

Пятый брат с силой пнул Четвертого под столом, кивнув в сторону Фан Му, который, понурившись, цедил пиво.

Четвертый спохватился и тут же умолк. Однако Фан Му все время смотрел на столешницу, время от времени прикладываясь к бутылке, и, казалось, совершенно не замечал, о чем они говорят.

Старший брат решил сменить тему:

– Третий брат, расскажи, как у вас там все было.

– Хорошо. – У Ханю, похоже, нравилась эта тема, и он в который раз в подробностях рассказал о событиях той ночи.

Парней переполняли эмоции.

– В тихом омуте черти водятся!

– А лично я не удивился, когда узнал, что это Тан Дэхоу, – заявил У Хань. – Внешне вполне благообразный, но очень уж жестокий. Однажды в нашем корпусе истребляли крыс, так я своими глазами видел, как он лопатой разнес гнездо крыс в клочья. Я думал, что он пришибет их и на этом всё, но в него словно бес вселился – он продолжал колошматить по ним лопатой. Кровь и ошметки разлетались повсюду…

– Фу! – Все скривились.

Старший брат высокопарно произнес:

– Вот что значит склонность к насилию!

Четвертый брат вдруг встал, открыл зубами новую бутылку пива, поднял и сказал:

– Третий брат, поднимаю тост за тебя! – Он сделал небольшую паузу. – Братишка, я знаю, что у тебя тяжело на сердце, но все равно должен поблагодарить за то, что ты отомстил за смерть Тун Цянь! – И очень быстро осушил бутылку.

Молчавший до сих пор Фан Му поспешно встал. Но едва он поднял свою бутылку, как почувствовал головокружение и повалился навзничь.

Фан Му выворачивало наизнанку. Четвертый брат и Ван Цзянь поддерживали его, а остальные подносили воду и полотенца.

После сильной рвоты у Фан Му так закружилась голова, что он не мог открыть глаза. В этот момент услышал голос У Ханя:

– Мне пора на дежурство, позаботьтесь о нем.

Он почувствовал, что чья-то рука дважды сжала его плечо, попытался ухватить эту руку, но тщетно.

Четвертый брат и Ван Цзянь проводили Фан Му в комнату. Около лестницы он внезапно пришел в себя и начал вырываться.

– Ребята, идите без меня. Я хочу… немного побыть один.

Парни в недоумении переглянулись. Ван Цзянь уже собирался что-то сказать, но его перебил Четвертый брат:

– Только недолго. Мы будем ждать тебя.

С этими словами толстяк подмигнул Ван Цзяню и повернулся, чтобы уйти.

В коридоре воцарилась тишина. Фан Му держался за лестницу и едва стоял на ногах. Голова все еще кружилась, но он был в состоянии определить направление. Посмотрел в конец коридора, который при таком освещении казался бесконечным, собрался с духом и, пошатываясь, пошел вперед.

Поднявшись на шестой этаж, Фан Му запыхался от усталости. Лестница по-прежнему была перетянута сине-белой лентой, а дверь оставалась незапертой. Студенты и по доброй воле не пошли бы сюда.

Фан Му распахнул дверь, и перед ним открылся темный коридор шестого этажа. Он прижал руку к стене, сделал несколько шагов вперед и быстро коснулся выключателя. Коридор наполнился тусклым светом. Юноша взглянул на склад с зияющим дверным проемом, глубоко вздохнул и направился туда.

Фан Му оказался здесь впервые после гибели Тан Дэхоу. Он встал в дверях и оглядел внутреннее помещение, заваленное всяким хламом. Долгое время переминался с ноги на ногу, а потом вошел и встал в центре помещения. Окно еще не успели застеклить, и по лицу юноши прошелся прохладный ветерок. Он высушил пот на лбу, и от этой прохлады даже стало больно.

Фан Му полностью пришел в себя. Картинка перед глазами обрела ясность.

Личность убийцы установили. Да, его не наказали по закону, но он поплатился за все жизнью.

Почувствовал ли Тан Дэхоу, как стремительно приближается земля, когда внезапно потерял опору и увидел, как с хрустом вылетает оконная рама?

То же самое чувствовала и Тун Цянь.

Если сказать об этом Четвертому брату, он непременно испытает огромное удовольствие.

«Но почему я не чувствую ничего подобного?»