Читаем Седьмой полностью

В памяти всплыла зима, заснеженный двор и он во главе потрепанного отряда въезжает в ворота. Воисвет возвращался мрачный и злой. Два месяца он не был дома, почти не слезал с лошади, гоняя Крутослава по всей округе, но все оказалось напрасно. Проклятый братец в тот раз ускользнул! При одном воспоминании о нем у князя играли желваки и сами собой сжимались кулаки.

И тут навстречу ему в одной рубахе и босиком выскочила Цветава. Стоило Воисвету только увидеть ее, раскрасневшуюся, с горящими от радости глазами, как от его мрачного состояния не осталось и следа. На лице появилась улыбка, а вслед за ним заулыбались воины, дотоле такие же хмурые, послышались шутки-прибаутки. Улыбнулся даже вечно подозрительный Гойтан…

Все исчезло в один миг, едва Дара убрала ладонь.

— Что это было? — прохрипел князь.

— Я же говорю, забава для начинающих колдунов. Разве ваш Берсень не умеет?

Воисвет оглянулся на исходящего потом мага и покачал головой.

— Как же к нему попала такая сильная вещь, как Глаз Демона?

— Случайно, Дара. — Воисвет вздохнул.

Жара возвращалась к нему, но теперь очень медленно и неохотно, будто боялась вновь наткнуться на зимнюю стужу.

— Дара, может быть, еще. — Князь протянул руку.

— Нет, князь, на первый раз хватит, иначе сердце не выдержит.

Губы Дары были уже совсем близко. Такие сочные и наверняка прохладные.

— У меня крепкое сердце, — возразил князь.

Воисвет попробовал потянуться к ней и не смог. На него накатила приятная расслабленность. Исчезли мысли о замке, ушли думы о чудищах, что могут подстерегать на каждом шагу. Осталось только милое лицо Дары, ее глубокие, полноводные глаза-озера, в которых легко можно было утонуть. И в которых приятно было бы утонуть…

— Расскажи мне, князь, откуда у Берсеня Глаз Демона? — шепнула Дара. — Или это такая же тайна, как и ваша цель?

— Нет, это не тайна. — Князь пожал плечами. — Если тебе так интересно…

Завершив рассказ, князь поднял людей. Горяй успел задремать, и его пришлось основательно потрясти, чтобы разбудить.

К замку они добрались только к вечеру. К этому времени он разросся настолько, что закрыл почти половину небосвода.

Гигантские, не менее ста саженей, стены были сложены из каменных блоков, каждый превышал человеческий рост раза в три. Из-за стены в небо вздымались остроконечные башни, шпили которых терялись в сгустившихся сумерках.

Стремительно наступающая ночь не позволила с ходу отыскать ворота, но их особо и не искали. Идти в замок на ночь глядя никто не рвался.

Ворота нашлись утром, хотя и не без труда. Огромные, скованные железом, они настолько плотно были подогнаны к стенам, что почти сливались в одно целое. Если бы не причудливые письмена, изрезавшие створки вдоль и поперек, можно было еще долго бродить туда-сюда в поисках входа.

— Что-то я не вижу ни кольца, ни колотушки? Как будем открывать? — Горяй бросил взгляд на мага. — Может, на воротах что дельное написано?

Берсень долго вглядывался, запрокинув голову.

— Это очень древний язык, — сказал он. — Все ныне известные заклятия составлены на более поздних языках.

— Значит, не знаешь, — подытожил князь.

— Ну почему же? Меня учили и этому языку.

— Так давай, не тяни, — поторопил Воисвет. — При таких размерах неизвестно сколько нам придется топать по внутреннему двору, может, еще неделю.

— Я пытаюсь, — вздохнул маг. — Проблема в том, что этот древний язык я изучал хуже всего. Если честно, почти не изучал.

— Мне не нужны оправдания, — поморщился князь. — Или читай, или будем искать другой способ войти.

— Можно подумать, там написать больше нечего, кроме как пройти в замок, — возразила Ирица.

Воисвет посмотрел на нее так, будто она сказала неимоверную глупость.

— Что же там еще можно написать? — приподнял брови князь. — Может быть, приветствие желанным гостям? Или пожелание доброго пути?

— Я понял! — вдруг завопил Берсень. — Я понял, что тут написано!.. Я понял!

— Ну говори.

— Тут написано… Я, правда, не уверен, возможно, где-то ошибся, все-таки очень плохо знаю этот язык…

— Да говори же!.. — не выдержал Горяй.

— В общем, если своими словами, примерно следующее: «Прежде чем войти, подумай зачем».

— И все? — уточнил князь. — Больше там ничего нет? Тут изрядно всего понаписано.

— Но это характерная особенность древнего письма. Дело в том, что каждое слово…

— Избавь меня от подробностей, — отмахнулся князь. — Но толку от этой надписи, похоже, никакого.

— Это просто бред. — Горяй сплюнул. — Лучше бы загадку загадали.

— Ладно, будем думать. — Воисвет обвел всех взглядом. — Есть какие предложения?

— Может быть, связать наши веревки? — предложила Велена. — А Булыга попробует закинуть на стену?

— Хорошая мысль, — одобрил князь. — Да только тут саженей сто, не меньше. Ты как, Булыга, осилишь?

— Да можно попробовать. — Богатырь смерил стену взглядом. — Может, и закину.

— К тому же стена гладкая, как колено, — задумчиво сказал князь.

— У меня есть особые крепления, — сказала Велена. — В случае усталости можно будет перевести дух.