Читаем Седьмое небо полностью

Лидия посмотрела ей вслед, не решаясь стянуть водолазку. Все это напоминало сцену из какого-нибудь идиотского бразильского сериала, которых она в изобилии насмотрелась, когда в прошлом году болела гриппом. Первая ночевка Лидии в покоях Егора Шубина прошла как-то менее заметно, без таких сложных церемоний.

Через несколько секунд она уже лежала в очень горячей, аппетитно булькающей воде, пена поднималась со всех сторон, легкая и душистая, как крем на дорогом торте. Молоток в голове стукнул в последний раз и затих в приятном изнеможении.

Кажется, Фрекен Бок говорила еще что-то о сауне…

— Ты здесь? — спросил совсем рядом голос Егора Шубина, и дверь распахнулась. — Что ж ты два часа сидела и даже не напомнила мне, что у тебя мокрые ноги?!

— Закрой дверь! — вскрикнула Лидия и съехала по краю ванны как можно глубже. — Закрой дверь сейчас же!

Он вошел в ванную, закрыл за собой дверь, сбросил с кресла халат, уселся и вытянул ноги.

— Закрыл, — сообщил он, рассматривая красную Лидину физиономию в окружении торчащих в разные стороны мокрых волос.

— Слушай, уйди, а? — попросила Лидия, булькая, потому что рот у нее был под водой. — Ты что, не понимаешь, что это неприлично?

— А в сауне была? — спросил Шубин как ни в чем не бывало. — Там замечательно, самое лучшее средство, когда холодно. Была?

— Нет, — сказала она мрачно. — Что тебе надо? Зачем ты пришел? Я моюсь.

Он посмотрел на нее с сожалением.

Ему очень хотелось вытащить ее из этой дурацкой ванны и отнести в постель. И запереть за собой дверь, чтобы никто не смел мешать.

Когда все закончится, а он к тому времени все еще будет жив, он будет заниматься с ней любовью целую неделю. Без сна и отдыха. Без перерыва на обед. В сауне, в ванне, в спальне, в кабинете, на кухне, в машине и снова в сауне.

Ему жаль стало портить ей удовольствие, но он должен его испортить.

— Лидия, — спросил он, рассматривая полотенца, — как ты получила компромат на меня? Леонтьев принес?

Это прозвучало так неожиданно, что она даже села прямее.

— Нет, — сказала она. — Не Леонтьев. Я же тебе говорила, помнишь? Компромат был за трубой, как в кино про шпионов.

— А откуда ты узнала, что он за трубой, как в кино про шпионов?

— Мне пришло сообщение по электронной почте. Мне обещали очень интересную информацию, если моя редакция согласится за нее заплатить. Я, конечно, сразу побежала к Леонтьеву…

— Стоп! — велел Шубин и перестал рассматривать полотенца. — Сообщение пришло на твой домашний компьютер?

— Ну да, — подтвердила она. — На домашний. Ну, в смысле на мой адрес.

— Ты его удалила?

— Не помню, — ответила она. — А что?

— А то, — сказал он, — что, если оно цело, можно попробовать проследить обратный адрес. И понять, откуда его отправили. Вряд ли его отправил твой Леонтьев. Я думаю, что это как раз наш большой друг отправлял.

— Ну? — Забывшись, она приподнялась и встала на колени. Шубин тяжелым взглядом уперся в ее грудь. Она плюхнулась обратно, расплескав воду и подняв на дыбы пенные горы. — Не смотри ты на меня, — пробормотала она в сильном волнении. — Ты заставляешь меня нервничать.

— Надеюсь, — согласился он. — Где ключи от твоей квартиры? Я сейчас поеду.

— Я с тобой, — тут же заявила она.

— Лидия, нет.

— Да. Ты что, попрешь с собой мой компьютер? Или будешь там ночь сидеть? А если там моя мамаша, которая недоумевает, куда я пропала, и бьется в истерике?

— А если там киллер, который должен тебя убить?

— Киллер? — переспросила она в замешательстве.

— Да, — подтвердилл Шубин. — Киллер. Ты очень упростишь ему работу. Он как раз получит два недостающих трупа вместо одного — твой и мой. Журналистки и обезумевшего мстительного маньяка.

— Мстительный маньяк — это ты? — догадалась Лидия. — Все ясно. Я еду с тобой. Если там киллер, ты его прикончишь и прославишься как борец с преступностью. А если там киллера нет, то я помогу тебе искать файлы.

— Как ты думаешь, за квартирой следят? — Шепот грянул, как горная лавина. От него даже заложило уши. Как это Шубин ухитряется разговаривать так, что его совершенно не слышно и в то же время все понятно?

Он качнул головой.

— Не знаю, — ответил он в этой своей манере. — Думаю, что нет. Это же не шпионский заговор, на самом деле! Когда дело дойдет до решительных действий, тогда нас быстро найдут и прикончат. А просто так следить за пустой квартирой… Зачем?

В квартире стоял такой запах, как будто там не жили уже несколько лет, а не два дня. И еще она стала какая-то маленькая, тесная, неудобная, как будто чужая. Или это Лидии так показалось с перепугу?

Странно. Это был ее дом, крепость. Лидия всегда чувствовала себя в безопасности, как только закрывала за собой дверь. Ей никогда не хотелось отсюда уходить или менять что-то, давно ставшее родным и привычным, а сейчас ее вдруг поразила убогость собственного жилья. Убогость и беззащитность.

“Это шубинские хоромы так на меня влияют, — решила она. — Ничего. В привычной обстановке я быстро от них отвыкну”.

— Можно зажечь свет? — спросила она все тем же трагическим шепотом.

— Зажигай! — разрешил он. — И мы вполне можем не шептать, а разговаривать нормально.