Читаем Седьмое Дно (СИ) полностью

  Бруха подумала, что может быть и так, хотя сходства почти не было. Ей ещё очень хотелось бы подойти поближе, погладить и, может быть, даже подоить! Но она не посмела задерживать Микру.

  И они двинулись дальше. Поднявшись на последнюю ступень лестницы, Микра подхватила поверхность озера, словно одеяло, и они вышли на воздух.

  - Ну вот, - сказала Микра, - так я и живу.

  Бруха была переполнена впечатлениями. «Я побывала в Космосе,- думала она, - я считала, что он там — далеко, а он здесь, в этом самом озере». Она огляделась по сторонам, и ей показалось, что она впервые видит и этот берег, и эту Рощу.

  - Жёлтая цапля, - прошелестела рядом Микра, - всегда прилетает… к разлуке.

  И она, не попрощавшись, побрела по мелководью и вскоре растворилась там, где на одной ноге стояла большая жёлтая птица.

  20.

  Поздно вечером, ближе к полуночи в корнях дуба опять кто-то завозился и вообще повёл себя подозрительно. Бруха даже подумала, что этот кто-то роет лаз в её домик. Она подозвала Дара, который к этому времени вырос до размеров обычного чёрного леопарда, в связи с чем ленточку с его шеи пришлось снять, и попросила разузнать, что происходит. Дар, принюхиваясь, обошёл дуб по часовой стрелке, потом против часовой, поскрёб, для порядка, лапой землю возле корней, многозначительно посмотрев на Бруху, и, развалившись, устроился на ночлег.

  Бруха махнула рукой и стала ждать развития событий. Но они не развернулись, и шуршание вскоре прекратилось.

  Засидевшись допоздна за раскрасками, она решила дождаться возвращения Нома и рассказать ему об избушке, которая не выходила у неё из головы. Она подумала, что можно организовать совместный секретный поход, и в случае встречи с «нечистью» дать отпор удвоенными силами. «А можно ещё привлечь в поход Сороку, - пришло ей в голову, - чтобы она производила шум и всякие отвлекающие маневры». Но потом она решила от этой идеи отказаться, потому что в этом случае о походе будет знать вся округа, и от секретности не останется и следа.

  Ном появился на поляне в свой обычный утренний час. Бруха уже ждала его, сидя на пороге домика и, чтобы не уснуть, плела из травы венок.

  - Помните, вы мне во сне показывали одну избушку? - спросила она Нома. - Она такая старая-престарая, страшная-престрашная и корявая.

  - Я-то в твоём сне не бывал, - уклончиво ответил Ном, - но такую избушку-то знаю. Там никто не живёт, может только зверьё какое ночует, когда мигрирует.

  - Ном, миленький, - попросила Бруха, - говорите понятными словами, а?

  - А ты так и будешь в коробочку, - он постучал по голове, - только муравьёв складывать?

  Бруха опять не поняла и насупилась.

  - Ладноть, - помягчел Ном, - «мигрировать», значит… погодь, погодь, - он полез в карман штанов и выудил длинную узкую полоску клетчатой бумаги, свёрнутую трубочкой, которую назвал «языком», и на которой были записаны всякие важные слова.

  Он развернул её в нужном месте и прочитал:

   - Мигрировать - совершать миграцию, то есть перемещаться. Уразумела? - он серьёзно посмотрел на Бруху, скатал бумажку и сунул в карман.

  - Ага, - сказала Бруха и подумала, что ей тоже надо бы завести такой же «язык», чтобы удивлять собеседников.

  И Бруха рассказала ему о своём полёте.

  - Мы должны обязательно отыскать эту избушку! - для убедительности она топнула ногой. - А вдруг там есть что-нибудь интересное? Вдруг там волки живут? Микра их отсюда прогнала, они там и укрылись? Я же ещё никогда не видела волков!

  - И когда ж мы туда пойдём? - поинтересовался Ном, - ночью… али днём? Я днём сплю, ты — ночью. Несовпадение получается.

  - Лучше днём, - стала рассуждать ведьмица, - днём хорошо видно, да и «нечисть» спит.

  - Хто днём, а хто ночью лучше видит, - проскрипел Ном, - и если там есть какая нечисть, то она ночью в лес уйдёт, и мы спокойно оглядимся. И потом, у меня — режим, мне не положено днём лес посещать-то.

  И они сговорились пойти рано вечером, то есть поздно днём, чтобы добраться до избушки к полуночи.

  Но после ужина ( водомерки накаркали) начался дождь и смыл все их планы.

  Микра, сидя в кресле, листала свою любимую книгу, когда снаружи донёсся мерный шум, и она поняла, что пришёл дождь. Его так давно не было, что она успела по нему соскучиться. Микра аккуратно заложила страницу шнурком и поспешила на долгожданную встречу. Поверхность озера изменилась. Дождевые нити шумели, вышивая по её канве замысловатый узор, отчего она щетинилась и как будто шевелилась. Плотно закрыв свои кубышки, кувшинки обернулись свечками, чьё жёлтое недвижное пламя было неподвластно дождю и деликатно светились на фоне серого складчатого полотна. Озеро дышало дождём, упивалось дождём, играло с дождём.

  Микра подставила лицо небесной влаге и закрыла глаза.

  - Как хорошо, - думала она, - как же хорошо иногда просто… побыть...

  А он всё неторопливо шёл и шёл: по каждому листочку, по каждой травинке, шлёпая босыми ногами.