Читаем Счастливчик Лукас полностью

Чтобы не встречаться с неприятелем раньше времени, Абелард предложил идти в центр города окружным путем, а именно пройтись вдоль разрушенной городской стены до предместья красильщиков и оттуда улицей ткачей выйти к церкви святого Варфоломея, которая всего в двух кварталах от замка господина герцога.

– По дороге хорошо бы зайти к слепому Томасу. – Абелард многозначительно потряс пальцем над головой. – Это теперь соседи посматривают на него свысока, а когда-то он был не последним человеком в городском ополчении. До меня ему далеко, и он это хорошо знает, хотя и не хочет признать, но мы уважаем друг друга. А теперь такие как мы с Томасом, должны позабыть старые обиды и держаться вместе. Что делать, раз молодые чураются военного искусства и ведут себя как трусливые бабы… Впрочем к вам, мои храбрецы, это не относится. Вы-то у меня, рубаки хоть куда.

Абелард подмигнул ребятам, а те в свою очередь вытянулись в струнку выпятили грудь втянули животы и стали изо всех сил таращить глаза, показывая, как много в них боевого духа. Каспер даже пытался подкручивать воображаемые усы, чем невероятно развеселил Эльзу.

– Стоит ли беспокоить городскую стражу, Абелард? – проговорила она, когда перестала смеяться. – Вас троих хватит чтобы нагнать страху на любого, кто решит напасть на наш город.

– Смейся, смейся. – печально улыбнулся в ответ старик. – Девчонки всегда смеются на будущими солдатами, пока не приходит пора провожать их на войну. И тогда они плачут.

Эльза ничего не ответила на это Абеларду, а уж о чем она подумала я знать не могу, но знаю я что через каких-то полчаса по городу прошла странная процессия во главе которой хромал старик с красным орлом на груди а за ним шли двое мальчишек один из которых нес в руках шлем, а второй ржавый меч, замыкала эту процессию девочка. И кажется, что девочка время от времени плакала.

Те редкие жители, которые рисковали чуть приоткрыть ставни с ужасом захлопывали их обратно, а те, у кого хватало смелости высунуть голову, не успевали покачать ей в недоумении, как их домашние силой заталкивали эту голову в темноту домов. На улице ткачей было пока тихо, но жители знали, что волна грабежей и насилия вот-вот докатится и до них.

– Куда ты направился, старый дурак! – закричала какая-то женщина из окна второго этажа. – Тебе-то давно пора на кладбище, но зачем ты потащил с собой детей?

Она хотела добавить что-то еще, но чья-то рука за волосы втащила ее внутрь дома, а другая рука с силой захлопнула ставни.

Абелард хотел было сделать вид что не слышит, но фраза про детей заставила его усомниться, а правильно ли он поступил.

– Это женщина высказалась очень грубо. – сказал он беспокойно оглядываясь. – Но возможно, что она права и я действительно свалял дурня, что потащил вас с собой.

Он прошел еще немного, но сил в ногах у него становилось все меньше и в голове зашумело. А может это шумело не в голове, а где-то вдали. Может даже в паре кварталов отсюда.

– Эльза, – вскрикнул он. – Подойди ко мне, девочка моя.

Когда та подбежала, он приобнял ее за плечи и зашептал.

– Самая большая ошибка, которую может совершить мужчина – это то что он сначала не слушает свою мать, а потом слишком часто прислушивается к своей жене. Мудрый знает, когда надо послушать женщину, а когда поступить наоборот. Я, видимо, так и не поумнел с годами, раз не послушал тебя. Слышишь ли теперь ты меня?

– Да, Абелард. – проговорила Эльза.

– Забирай-ка ты этих бравых вояк и бегите отсюда. А придется так надавай им тумаков или тащи за волосья, если не станут слушаться. Что-то мне подсказывает, что я погубил не только себя, но и вас. Делай, как я говорю, пока не поздно.

Но было поздно: неподалеку послышался стук подков и стук этот быстро приближался. Как ни вертел головой старый Абелард, но спрятаться им было некуда. Он правда пытался прогонять ребят, но они только прижимались сильнее к нему и не хотели или не находили в себе сил бежать. Поэтому, когда из-за поворота появились кирасиры курфюрста Ансельма то они, конечно не могли не заметить, что посреди улицы Ткачей стоит старик с маленькой девочкой и двое мальчишек один из которых прижимает к себе шлем, а второй держит в поднятых руках меч.

– Да что же это происходит, будь я проклят! – выругался один из всадников, который, судя по всему, был самым из них главным. – Мало этому городу мертвецов! Мало ему покалеченных и изнасилованных, раз жители сами лезут в пекло, да еще и тащат с собой детей.

– Посмотрите, господин барон, у старика на груди орел Хеннебергов! С таким же успехом он мог бы повесить себе на грудь мишень и требовать встречи с их высочеством Ансельмом.

– Сажай того рыжего на седло перед собой, сержант. – прикрикнул барон. – Тео, возьмите девчонку, Дитрих или кривой Хелмут возьмут второго мальчишку, а старику подайте мула.