– Мамочки мои, да она же ледяная! Замёрзла моя хорошая, перепугалась и замёрзла!

Сашка махом расстегнула куртку и спрятала за пазуху тойку, от облегчения закатывающую глаза.

– Саш, а как мы тётку найдём? Она больше не вопит! – Даня радовался, что собака нашлась, но как главный слухач семьи, он машинально прислушивался к окружающей среде.

– Не знаю, если честно. Мне кажется, что сейчас важнее собаку согреть.

– А ты телефон тётки знаешь?

– Нет, конечно. Вот номер хозяина Манюни знаю!

– Ну так и звони ему.

Сашка выбралась из зарослей, придерживая почти невесомую Манюню, которую начала бить крупная дрожь, и решительно направилась в сторону дома.

– Что бы он мне не сказал, перво-наперво её надо отогреть, иначе заболеет. Так что двигаемся в сторону дома, а я пока соображу, как лучше сделать…

Сашка соображала быстро. Да, ясное дело, что соседке Женя хорошо платил, да сейчас ей не позавидуешь – собаку-то она потеряла, а та едва не погибла. Да, возможно, надо найти эту самую соседку и вернуть ей Манюню, но…

– Номера её я по-прежнему не знаю, бегать по парку и искать её не собираюсь – есть поважнее дела, а потом… может, она Жене сказала про то, что собаку потеряла, а он только лишнее время переживать будет! Он сам разберётся со своей соседкой – это не моя головная боль.

Сашка не решилась звонить на улице – ну как услышит Манюня голос хозяина, начнёт рваться, а тут ещё непонятно как удержать-то такое хрупкое создание, чтобы ничего ей не повредить.

Короче, набрала она номер Евгения, когда зашла домой и послала брата включить в ванной теплую воду и заткнуть пробкой отверстие.

– Ей не надо много воды, только согреться, ну, и помыть слегка, она вся в земле, – дала она распоряжение, а сама нажала на значок вызова.

Она даже не сразу узнала голос Евгения.

– Извините, я не могу сейчас с вами разговаривать! – категорично и жестко прозвучало в трубке, так, что Сашка сразу поняла – про собаку он знает.

Именно поэтому она и заторопилась:

– Манюня нашлась! Она у меня, живая! Всё хорошо!

<p>Глава 21. Поиск истины</p>

Когда зазвонил смартфон Женьки, Андрей как раз наигрывал ему основную тему музыкального сопровождения нового сериала.

– Погоди… соседка названивает! – Женька полез за смартфоном.

– Симпатичная? – рассмеялся Андрей.

– Устрашающе энергичная, – в тон ответил младший брат, и пояснил:

– За живностью моей присматривает.

А потом, приняв вызов:

– Слушаю вас Марианна Ивановна.

Через некоторое время лицо Женьки изменилось настолько, что Андрей даже чуть назад подался – никак не ожидал, что его добродушный и отходчивый брат может так выглядеть.

– Что вы сказали? Как выскочила из квартиры? Манюня? Когда? Как?

Марианна Ивановна просто физически не могла сказать правду! Нет, если бы у неё всё получилось, то не просто сказала, но даже продемонстрировала бы! Она даже представила, что скажет этому перестраховщику, встречая его с Манюней на поводке.

И нет… тогда она ничего не опасалась бы! Победителей, однако, не судят!

А если НЕ победителей? Этот вариант развития событий в принципе не рассматривался, ну, то есть не могло такого быть и всё тут! Не-мог-ло! Но взяло и коварно случилось…

Пока она бегала по парку, хрипло завывая на разные лады дурацкое имя мелкой психованной псины, Марианна старательно соображала, как бы изложить то, что случилось Евгению.

Нет, сначала она хотела сказать правду! Честно-честно сказать! Даже несколько раз примерялась к этой правде с разных сторон, но с какой не подступись, выглядело всё как-то не очень…

– Я решила вам помочь и выгулять… так он скажет, что запретил! Я думала, что у меня получится… а он скажет, что не велел. Да что мне сказать-то? А?

И тут она сообразила!

– Ну, конечно! Я же её за пазухой несла! А она крошечная, так и не видно. Даже если он спросит у консьержа, то тот ничего не заметил. Даже если Женька решит посмотреть подъездные камеры, то… тоже ничего не поймёт. И да! Камеры настроены на людей, а не на пол, так что, если там прошмыгнула мелкая псинка, на них ничего не видно будет. А она, зараза такая, взяла и прошмыгнула!

Удобоваримая, с точки зрения Марианны Ивановны, версия произошедшего была найдена, оставалось только нарастить на её основу подробности, расписать мелочами, и… вуаля! Готово!

– Я больших собак привела с прогулки, она прыгала вокруг, и пока я их заводила, она шмыг… и выскочила. Она ж кроха, и раньше никогда так не делала – ну, как я могла заметить? Никак! И вы не заметили бы! Я весь подъезд оббегала, вокруг дома, парк… Всё проверила!

Марианна Ивановна прищурилась. На её вкус версия была вполне-вполне…

– Так, Манька не отзывается, вот же психованная! И вообще, он мне присмотр за ненормальными собаками отдельно не оплачивал! Хотел бы, чтоб всё было надёжно – пусть бы сдавал её на время отъезда в ветклинику! – Марианна Ивановна принадлежала к тому типу людей, которые терпеть не могут быть в чём-то виноваты или неправы, никогда по собственной воле этого не признают, а уж если случается что-то однозначно «виноватое», то после первого шока изо всех сил стараются перекинуть свою погрешность или ошибку на окружающих.