Она убрала руку со рта, только чтобы показать на кофеварку.

— Это было ошибкой.

Люк оглянулся, но не увидел ничего необычного.

— Что? Что было ошибкой?

— Ты что, не чувствуешь запаха? Кофе. С ним что-то не так. Фу, выключи его. Он меня убивает.

Люк потянул носом воздух.

— Кофе как кофе. Обычный.

— Не может быть.

— Может, — сказал он с сожалением. — Изменения в тебе. Теперь, когда ты беременна, он действует на тебя по-другому. Но — будь по-твоему! — Он снял емкость с кофе с плиты и храбро вылил его в раковину. А ему так его хотелось! Вместо этого пришлось тщательно вымыть посуду из-под кофе и открыть окно над раковиной. — Проветривание — самый быстрый способ избавиться от запаха, который тебя беспокоит, — закончил Люк.

Мари стояла, опершись обеими руками о стойку.

Лучше бы он заткнулся! — подумала она, борясь с приступом тошноты. Но вслух сказала:

— О, Люк, ты так прекрасно со всем справляешься, тебе и помощь никакая не нужна.

— Так же, как и тебе, — деликатно заметил он. — Ты великолепно переживешь грядущие события. Однако же — ну что плохого в том, если мы будем рядом и будем опираться друг на друга? Разве не в этом заключается основной рецепт развития общества и цивилизации? — (Как солидно он выразился!) — Человеческая раса в целом давно миновала тот этап, когда индивидуум вынужден был все делать в одиночку. Ты плетешь корзины. Я меняю их на зерно. Кто-то меняет одну из шкур на кувшин для воды… — Люк хлопнул себя по ноге, увлекшись собственной речью. — Подумай об этом, Мари. Зачем двигаться вспять сотням лет эволюции?

Господи помилуй, да он прямо дает ей урок социологии! Мари долго и задумчиво вглядывалась в него. Люк умеет быть настойчивым.

— Ладно, — сказала она наконец.

— Ладно?

Она медленно кивнула.

— Только учти — это не безоговорочно, но да, хорошо.

— Ну вот! — обрадовался он. — Прекрасно! Ты не пожалеешь. — И он тоже.

Глава восьмая

Не успел выветриться запах кофе, как Мари пожалела о том, что приняла предложение Люка. О чем она только думала? В ее жизни уже есть два трудноуправляемых мужчины, так зачем, скажите на милость, обременять себя еще и третьим? Тем более братом бывшего мужа! Неужели горький опыт с одним Дефорестом ничему ее не научил? Ей снова надо удариться головой о ту же каменную стену? Если так и дальше пойдет, то ее жизнь вполне подойдет для сценария «мыльной оперы». Зрителей не оторвешь от экрана.

Но как сказать Люку, что она передумала? Ей казалось: со времени первого замужества она повзрослела и поумнела. Стала сильнее. А выходит, нет. Иначе почему тогда не решается открыть рот и сообщить Люку, что изменила решение?

— Э… Люк…

— Эй, я дома! — послышался голос Джейсона из дверей. — Чья это машина там в… А, Люк, это вы? Как поживаете? — С глухим стуком Джейсон сбросил рюкзак на пол кухни. — Вы не сможете взять меня сейчас на вождение? Разрешение у меня с собой.

— Джейсон, — осуждающе сказала Мари, — подними рюкзак с пола. Учебный год только начался, а ты уже бросаешь вещи прямо в дверях.

— Да, да, как скажешь.

— Каролина спит в гостиной, так что потише, пожалуйста.

— Хорошо. — Перешагнув через рюкзак, Джейсон открыл холодильник и стал знакомиться с его содержимым. Схватив упаковку молока, яблоко, пакет детского пюре и баночку йогурта, он попятился от холодильника и захлопнул дверцу ногой. — Во, блин, опять нет ничего пожрать. Тебе пора закупить продуктов, Мари!

— Ты хоть бы попытался быть повежливее. Не успел переступить через порог, как сразу же налетел на Люка со своим вождением.

— А что такого? — удивился подросток и отхлебнул молока прямо из коробки.

— Джейсон!

— Ну, что еще?

— Возьми чашку. И пометь эту упаковку, чтобы остальные из нее не пили.

— Зачем? Я же не больной какой-нибудь. Дурацкие чашки — только пустая трата времени. Если я буду пить из чашки, ты потом скажешь, чтоб я ее помыл, а если не помою, будешь злиться, — привел свои аргументы Джейсон. — Я просто не хочу лишних споров. Если подумать, ты еще должна сказать мне спасибо за то, что я пью прямо из упаковки, а не наезжать на меня. И я не понимаю, с чего это вдруг невежливо сразу говорить с Люком о вождении без какой-то там дурацкой беседы? Что я должен делать? Говорить о погоде? Он же не идиот какой-нибудь, понимает, что сегодня солнечно и жарко. — Он остановился, чтобы перевести дух, и снова ринулся в атаку: — Сдается мне, ты сама не знаешь, что говоришь, Мари. Ну подумай, с чего бы ему еще здесь быть, если не для того, чтобы учить меня водить? Больше ему тут совершенно не на что положить глаз. — Джейсон взмахнул пакетом с молоком. — Погляди на него. И глянь на себя. Он классный мужик. А ты, не в обиду тебе будь сказано, ты это… ну, в общем… не фонтан. Так чего ради ходить вокруг да около? Чем скорее мы поедем, тем скорей он свинтит отсюда. Мне б на его месте тоже не терпелось сделать ноги.

Люк прочистил горло и произнес: