Мари заставила себя вернуться в реальность.

— Выглядит собачка вполне дружелюбно, но кто знает, что у нее на уме, — пробормотала она. — Конечно, лучше пойти в дом.

Широко распахнув перед гостями дверь, Мари вдохнула знакомый запах прихожей и немного успокоилась. Это ее дом, здесь она выросла и здесь, слава богу, всегда чувствует себя в безопасности.

— Проходите, — пригласила она. — Кухня вон там. Можно сразу же приступать к приготовлению ужина. Я знаю Джейсона. Он будет голодный как волк, когда закончит. Так что я займусь сейчас говяжьим рагу.

Десять минут спустя она уже поджаривала кусочки мяса, а Каролина и Люк стояли рядом. Он пристально наблюдал за ней, и от этого ей становилось трудно дышать. Но ведь ему надо учиться готовить, пусть уж поучится у нее. Привык небось обходиться одной яичницей, но теперь у него ребенок, которому нужна регулярная домашняя еда. Обжарив мясо с обеих сторон, Мари убавила газ, накрыла сковороду крышкой и пошла в кладовку. Люк потопал следом.

— А сейчас что ты делаешь?

Ну, это уж слишком!

— Беру лук, — ответила она.

— А…

— И соус для барбекю, — добавила Мари.

Люк серьезно кивнул, словно проводя мысленную проверку каждого ингредиента. Он что, сомневается в ее кулинарных способностях? Или думает, что она собирается его отравить?

Боже, совершенно нечем дышать!

— Послушай, Люк, — сказала Мари, — может, вы с Каролиной накроете пока на стол? — Наверняка ей станет легче, когда их будет разделять некоторое расстояние.

Люк расстроился: ему так нравился слабый аромат земляники, исходящий от нее.

— В каком ящике приборы? — поспешно спросил он. Мари жестом показала. — Ну-ка, Каролина, пододвигай сюда свой стульчик, поможешь мне считать. Ты же умеешь считать, да?

Девочка энергично кивнула и стала усердно тащить к столу стул, попутно демонстрируя свои познания в счете:

— Ваз, два, тви, пять, восемь, сесть…

— О, юная леди, — шутливо сказал Люк, — у вас серьезные пробелы в образовании. Нужно их ликвидировать. Будем сейчас учиться правильно считать до десяти. Ну-ка, сосчитай тарелки, которые мы будем ставить на стол.

— Один, два… — начала Каролина, но внимание Люка рассеялось: он смотрел, как грациозно Мари двигается по кухне.

— Два… — повторила девочка.

Осознает ли Мари, как она красива?

— Четыве…

Боже, с такой грацией она запросто могла бы быть моделью! Он прямо так и видит ее дефилирующей по подиуму.

— Тви. Готово, папа.

— Что? А, очень хорошо, киска! Вот видишь? Просто нужно потренироваться. — Люк погладил Каролину по головке, недоумевая, с чего это Мари хихикает. — Ну, давай теперь потренируемся на ложках и вилках.

Что так отвлекло Люка, что он не заметил ошибки? — недоумевала Мари. И почему ее тошнит? Ведь мясо свежее, с лучком. И усталость какая-то. Постоянно в сон клонит… Вон вчера проспала большую часть пути до Каламазу. Да и сейчас не отказалась бы немножко вздремнуть. Определенно что-то с ней не так, и, кажется, она знает, что именно.

За несколько недель до своей смерти Уэйд уговорил Мари попробовать заново наладить семейную жизнь. Она серьезно относилась к своим обетам. Они были молоды, когда поженились еще на втором курсе колледжа. Их тогда безумно влекло друг к другу. Но потом, когда Мари поняла, что из их брака ничего путного не выйдет, она продолжала оставаться с Уэйдом, надеясь, что со временем все образуется. Лишь только когда он практически выгнал ее, она вернулась в дом, где выросла.

Однажды Уэйд позвонил и предложил попробовать начать сначала. Да, они спали вместе, но она заставляла Уэйда предохраняться, не желая усложнять беременностью и без того натянутые отношения. Но один раз презерватив порвался — и с тех пор у нее не было месячных.

Вначале Мари списывала это на стресс, но прошло уже три месяца. И вот теперь — усталость, тошнота… Запах кофе сегодня утром чуть не убил ее, пока она не вылила остатки и не проветрила кухню. И совершенно не хочется есть это говяжье рагу. Ей хочется соленого огурца. И еще… Она хочет Люка! Да, правда. Ощутить его руки на своей груди. И целовать его.

Везде.

От подобной картинки, вспыхнувшей перед ее мысленным взором, она почувствовала, как покалывает ее грудь.

Господи боже, она теряет рассудок!

Мари бросила ложку на плиту и пошла звать Джейсона. Побольше людей в доме, вот что ей нужно. С кучей народа вокруг она будет в полном порядке.

Глава четвертая

Джейсон вошел, распространяя вокруг себя запах бензина, пота и свежескошенной травы. Мари встретила его окриком:

— Снимай обувь! Только попробуй мне здесь натоптать.

Он, как всегда, заныл:

— Я только до раковины, умираю от жажды.

— Нет, нет и нет! — отрезала Мари. Она сама прошла к раковине, налила воды в стакан, потом подала его Джейсону, который к тому времени принялся за шнурки своих кроссовок. — Ты хорошо потрудился, — похвалила она.

Джейсон выпил стакан залпом и отдал обратно со словами:

— Спасибо.

Проявление вежливости в любой форме, тем более со стороны Джейсона, было приятно Мари.

— На здоровье, — кивнула она. — Я рада, что мне не пришлось понукать тебя. А теперь иди помойся перед обедом.