Читаем Счастье? полностью

– А как же с вами еще себя вести? Вам только дай волю – сразу на шею сядете! – То ли Наташа и вправду слишком увлеклась, то ли тоже решила, что со мной у нее вряд ли что выгорит, – она стала рубить свою правду-матку. – Вы же, мужики, как дети малые – вам все игрушки подавай, только маму свою одну уважаете и боитесь, и если сразу себя не поставишь, то потом ни уважения, ни внимания не дождешься! Того и гляди сядете и поедете! – Наташа хитро прищурилась: – Скажи, не так?

– Я не стал бы обобщать, – как можно более нейтрально ответил я. Консенсуса по этому вопросу мы вряд ли бы достигли. – Но мне кажется, об этом надо с мужчиной поговорить, искренность в отношениях – самое важное!

– Искренность – это, конечно, хорошо, вот недавно познакомилась с одним таким искренним… он мне так искренне заявляет: ты меня отстрапонишь?

– Что сделаешь?

– Отстрапонишь! Можешь себе представить?

Представить себе я не мог, потому что просто не понял, о чем речь. Поэтому решил промолчать.

– Вот тебе и вся искренность, – махнула она рукой, – лучше бы строил из себя паиньку. А как ему понять, что он паиньку строить должен? Я должна ему это показать! – убежденно сказала Наташа. – И не корчу я из себя королеву – я и есть королева!

– Наташ, а ты попробуй, а то так и будешь всю жизнь одна! Просто в следующий раз попробуй! Я уверен, ты удивишься результату!

Наташа пожала плечами:

– Может, и попробую, только пока не с кем, ты вот женат!

Я с трагическим лицом кивнул.

– А я влюблена была в тебя в десятом классе, – с нескрываемым сожалением вдруг произнесла она, залпом допивая кофе и при этом стараясь смотреть мне прямо в глаза.

Без сомнения, она была уверена, что неотразима. «А я даже не заметил, – с легкой грустью подумал я. – Вот парадокс! Мы оба были влюблены, а узнали об этом только сейчас, когда все прошло и ничего уже не надо. Во всяком случае, мне. Вот так всегда!»

Допив кофе, мы мило распрощались, чмокнувшись бесконтактным поцелуем, и отправились дальше на поиски счастья в личной жизни. Усевшись в машину, я достал свой пресловутый список и с удовлетворением вычеркнул Наташу, зачем-то дописав рядом с «несвежей» – «полная дура».

ne_romantick

Странная штука: если присмотреться повнимательнее, то понимаешь, что люди вокруг в своем большинстве редко соответствуют критериям красоты, самими ими и придуманным, отчего часто бывают несчастливы (стоит упомянуть, что соответствующие этим критериям часто тоже несчастливы, поскольку считают, что при такой красоте достойны большего). Женщины страдают от этого значительно больше остальных. И все потому, что женщины так любят иллюзии. Причем опутывая ими других, они исподволь сами подпадают под их же влияние и начинают свято в них верить. Взять, например, фотошоп, ведь он даже с самой жуткой крокодилицей может сотворить чудо, если не превратить ее в красавицу, то, во всяком случае, изгнать из нее образ чудовища. Причем вполне достоверно. Другой вопрос – зачем? Что это меняет? В реальной жизни-то она остается прежней уродиной! Но стоит лишь девушке сотворить со своим образом на фото такую чудесную трансформацию, как она немедленно начинает считать, что действительно выглядит так в реальности, и пытается строить из себя неземную красавицу. И грустно и смешно…

Саша наконец вернулась из своей очередной командировки, и мы смогли пойти вместе пообедать. По-моему, она начала привыкать к такому бешеному ритму, и к ней снова вернулись прежняя неутомимая энергия и неувядающий оптимизм. Она опять без умолку болтала на всевозможные темы, перескакивая с одного на другое, давая мне возможность только вставить «да», «нет» и ничего не значащие междометия. В числе прочих тем Саша в очередной раз провела блиц-допрос на тему Веры, а именно не трахнул ли я ее в поездке в Женеву, я стал отнекиваться и рассказал историю моего счастливого спасения. Саша сперва моей истории вроде бы поверила, но потом с некоторой ноткой недоверия добавила:

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Дом учителя
Дом учителя

Мирно и спокойно текла жизнь сестер Синельниковых, гостеприимных и приветливых хозяек районного Дома учителя, расположенного на окраине небольшого городка где-то на границе Московской и Смоленской областей. Но вот грянула война, подошла осень 1941 года. Враг рвется к столице нашей Родины — Москве, и городок становится местом ожесточенных осенне-зимних боев 1941–1942 годов.Герои книги — солдаты и командиры Красной Армии, учителя и школьники, партизаны — люди разных возрастов и профессий, сплотившиеся в едином патриотическом порыве. Большое место в романе занимает тема братства трудящихся разных стран в борьбе за будущее человечества.

Наталья Владимировна Нестерова , Георгий Сергеевич Берёзко , Георгий Сергеевич Березко , Наталья Нестерова

Проза / Проза о войне / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Военная проза / Легкая проза