Он безразлично глянул на мальчика, который поднялся по каменным ступенькам к участку и открыл дверь. Паренек посмотрел на табличку с просьбой к посетителям останавливаться перед столом, подошел к ней и стал по слогам разбирать написанное.

— Что тебе, сынок? — спросил Мерчисон.

— Вы дежурный?

— Я дежурный. — На секунду Мерчисон задумался о прелестях работы, обязывающей тебя отчитываться перед каждым сопляком.

— Вот, — сказал мальчишка и протянул Мерчисону конверт.

Тот взял его. Мальчик направился к выходу.

— Постой-ка, малыш, — сказал Мерчисон.

Малыш не остановился. Он продолжал идти: вниз по ступенькам, на тротуар, в город, во вселенную.

— Эй! — позвал Мерчисон. Он быстро огляделся в поисках полицейского. Ну, разумеется, вот так всегда. Он не помнил случая, чтобы коп в нужную минуту оказался под рукой. С кислой физиономией Мерчисон одернул трусы и вскрыл конверт, в котором лежал один-единственный листок. Он прочел его, сложил, убрал в конверт и крикнул: — Черт побери, неужели на первом этаже, кроме меня, нет ни одного копа?

В одну из дверей просунулась голова полицейского.

— Что случилось, сержант?

— Какого дьявола, куда все запропастились?

— Никуда, — ответил полицейский, — мы тут.

— Отнесите это письмо в сыскной отдел, — сказал Мерчисон и протянул конверт.

— Любовное послание? — спросил полицейский.

Мерчисон промолчал: слишком жарко, чтобы отвечать на тупые остроты. Полицейский пожал плечами и пошел на третий этаж, где, согласно указателю, находился отдел сыска. Дойдя до перегородки из редко сбитых реек, он толкнул маленькие воротца и направился к столу Коттона Хейза.

— Дежурный сержант велел передать это вам. — Он протянул конверт.

— Спасибо, — поблагодарил Хейз и развернул письмо.

В письме говорилось: «Сегодня в восемь вечера я убью Леди. Ваши действия?»

Глава 2

Детектив Хейз прочел письмо раз, другой. Первая мысль была: липа. Вторая: а если нет?

Вздохнув, он отодвинул стул и прошел в другой конец комнаты. Высокий, шесть футов два дюйма без обуви, он весил сто сорок фунтов. У него были голубые глаза, тяжелый квадратный подбородок с ямочкой и рыжие волосы, только над левым виском, куда ему однажды нанесли ножевую рану, волосы росли почему-то белые. Нос прямой, красивый, с уцелевшей переносицей, хорошо очерченный рот с полной нижней губой. И увесистые кулаки, одним из которых он стучал сейчас в дверь лейтенанта.

— Войдите! — крикнул лейтенант Бернс.

Хейз открыл дверь и шагнул в угловой кабинет. Стол лейтенанта обдувал вращающийся вентилятор. Бернс, плотный, небольшого роста мужчина, сидел за столом. Узел его галстука был приспущен, ворот рубашки расстегнут, а рукава закатаны почти до плеч.

— Газеты обещают дождь, — сказал он. — Куда же провалился этот проклятый дождь? — Хейз ухмыльнулся. — Вы собираетесь испортить мне настроение, Хейз?

— Не знаю. Что вы на это скажете? — Хейз положил письмо перед Бернсом.

Бернс быстро пробежал глазами послание.

— Вечно одно и то же. Стоит температуре подняться до тридцати, и психи тут как тут. Жара пробуждает в них жажду деятельности.

— Думаете, это липа, сэр?

— Откуда же мне знать? Одно из двух: либо это липа, либо святая правда. — Он улыбнулся. — Не правда ли, блестящее применение дедуктивного метода? Неудивительно, что я уже лейтенант.

— Что будем делать? — спросил Хейз.

— Который час?

Хейз взглянул на часы.

— Начало девятого, сэр.

— Значит, если это правда, в нашем распоряжении около двенадцати часов, чтобы спасти некую леди от возможного убийства. Двенадцать часов, чтобы найти убийцу и жертву в городе с восьмимиллионным населением при помощи одного только письма. Если это правда.

— Не исключено, сэр.

— Знаю, — задумчиво произнес Бернс. — Не исключено также, что кому-то пришла охота позабавиться. Нечем заняться? Время некуда девать? Так напиши копам письмо. Пусть побегают за призраком. Все возможно, Коттон.

— Да, сэр.

— Не пора ли звать меня Пит?

— Да, сэр.

Бернс кивнул.

— Кто держал в руках это письмо, кроме вас и меня?

— Очевидно, дежурный сержант. Я сам до листка не дотрагивался, сэр… Пит… если вы имеете в виду отпечатки пальцев.

— Именно. Кто сегодня дежурит?

— Дэйв Мерчисон.

— Мерчисон хороший работник, но готов биться об заклад, что он заляпал весь этот дурацкий листок. Откуда ему знать, что в конверте? — Бернс задумался. — Ну вот что. Сделаем все как положено, Коттон. Пошлем письмо в лабораторию вместе с отпечатками пальцев — моих, ваших и Дэйва. Это сэкономит ребятам Гроссмана уйму времени. Время — это, пожалуй, единственное, чем мы пока располагаем.

— Да, сэр.

Бернс снял трубку и дважды нажал кнопку селектора.

— Капитан Фрик, — послышалось в трубке.

— Джон, говорит Пит, — начал Бернс. — Ты можешь…

— Привет, Пит. Сегодня, кажется, припечет, а?

— Еще как, — ответил Бернс. — Джон, ты можешь на часок отпустить Мерчисона?

— Пожалуй. А зачем?

— И пусть кто-нибудь приготовит валик и подушечку. Мне нужно немедленно снять отпечатки пальцев.

— Кого ты взял, Пит?

— Никого.

— Чьи же отпечатки тебе нужны?

— Мои, Хейза и Мерчисона.

— Ах, вон что, — протянул сбитый с толку Фрик.