Читаем Сборник циклов полностью

– Спасибо, Тим, ты отличный друг. Жаль, что мы с тобой познакомились не в лучшее время… Эх, знал бы, что мы в такой переплет попадем, лучше бы уговорил вас идти через отравленные земли – все ж получше было, чем через Анию, не говоря уже о том, чего нам здесь хлебнуть пришлось.

* * *

Гвардейцы, проведя солдат через скопище палаток военного лагеря, спешились, дальше пробирались меж навесов, шалашей и земляных укреплений, обступавших хлипкие вышки с наблюдателями, засевшими на насестах, будто ощипанные петухи. Добравшись до высокой изгороди, сплетенной из стеблей тростника и веток ивы, капитан гвардейцев громко, ни к кому конкретно не обращаясь, заявил:

– Дальше голое поле – за ним засели хабрийцы! Вы на передовом рубеже – у вас хороший шанс при атаке захватить вражеское знамя! Или героически погибнуть! Удачи – да помогут вам боги!

Сообщив эту скудную информацию, капитан зашагал обратно – за ним, будто цыплята за наседкой, потянулись остальные гвардейцы. Офицеры, впервые за несколько дней оставшиеся без «опекунов», выглядели растерянно. Даже вечно невозмутимый Эрмс как-то не смотрелся – видимо, все эти хронические унижения сильно на него подействовали. Со всех сторон на новичков смотрели повылазившие из разных щелей зеваки, многие при этом злорадно ухмылялись – очевидно, печальная история Второго Артольского для них не была тайной.

Полковник Эрмс начал действовать первым. Каким-то непостижимым чутьем определив среди зевак старшего офицера, он, картинно отсалютовав шпагой, представился:

– Полковник Эрмс, командующий Вторым Артольским полком армии Ании.

– Бригадный генерал Меган, Первая Тинайская армия Империи. Добро пожаловать на позицию – вас… э-э-э… выделили для… гм… для усиления моей бригады. Если это так можно назвать… Слева позиция стрелкового полка – в случае вражеской атаки он должен вести стрельбу с фланга. Правее – пехотный полк, он прикрывает наших инженеров, они сейчас устанавливают дальнобойные машины, чтобы сделать приятное ребяткам Фоки. Вы располагайтесь прямо здесь – посредине. Разведка у хабрийцев хорошая – наверняка они уже просчитали наше расположение, так что не исключено, что бить будут именно сюда. Вы в таком случае не теряйтесь – хватайте побольше знамен.

Неприкрытая ирония в голосе молодого генерала ничуть Эрмса не смутила. Он как ни в чем не бывало поинтересовался:

– Вы не могли бы кое-что уточнить?

– Разумеется. Вы, наверное, хотите для начала узнать, какого цвета знамена Хабрии, чтобы в горячке боя не перепутать? – Имперские офицеры за спиной генерала расхохотались.

– Да какое мне дело до этих знамен? Вы меня пустяками не загружайте, скажите главное – где в этом вонючем клоповнике лучшие женщины и приличная выпивка?

Генерала неуместный вопрос несколько смутил – он, теряя инициативу, ответил с толикой растерянности, еще не понимая, с кем связался:

– Должен вас огорчить, но у нас здесь регулярная армия Империи, занявшая боевую позицию. Здесь вообще нет женщин, и выпивки не достать.

– Ну насчет женщин не удивлен – вы, имперцы, поголовно мужеложцы, это все знают. Для вас чем дальше бабы, тем радостнее жить, вот и не хотите про них знать. Но не надейтесь – полковник Эрмс даже в подобном гнусном месте прекрасных дам для себя все равно найдет. Так что пусть эти шалопаи, что строят мне глазки за вашей спиной, при этом жеманно похохатывая, умерят свой пыл – я на их зады не польщусь. Мы, анийцы, не такие: у нас если штаны носишь, значит, мужик, а не наоборот. Насчет выпивки тоже вопрос решим – у меня даже самый тупой солдат умеет найти хорошее вино посреди безлюдной пустыни, а уж здесь вообще просто будет. Это ведь не ваши элитные кретины, которые в ясный полдень свой член найти двумя руками неспособны. А может, там и искать нечего – прыщи тощие.

Генерала слова полковника огорчили. Он покраснел, как переваренный краб, заметно надулся, чуть ли не со свистом выдал:

– Вы что себе позволяете?! Сгною!!! Да ты на кого голос поднять осмелился!!!

Офицеры за его спиной зароптали, кое-кто даже за рукояти шпаг и мечей хвататься начал. Но на Эрмса это не подействовало – он, отыгрываясь за все унижения последних дней и хронический дефицит алкоголя в организме, сейчас был в ударе:

– Голос поднять? Шутите? Да я почти шепотом с вами говорю – это вы, наоборот, визжите, как кастрируемый поросенок. И что значит осмелился? Вы что, считаете, что вы что-то для меня значите и я боюсь при вас слово лишнее сказать? Так это глупейшее заблуждение – ничего вы для меня не значите. Ваши стрелки слева, а пикинеры справа? Вот там и шатайтесь, раз вам бабы и выпивка неинтересны, а здесь пробегайте поживее, не задерживаясь: мои люди с вами флиртовать не будут, даже не мечтайте. Мы пришли, чтобы заткнуть брешь в этой вашей насквозь дырявой позиции. И полк наш сделал это по приказу князя Ании, отданному нам через капитана его гвардии, – мы подчиняемся только ему и его людям.