Читаем Савва Сторожевский полностью

Самое первое из дошедших до нас упоминаний о Дубенском монастыре можно прочитать в наиболее старом из всех написанных на Руси житий преподобного Сергия Радонежского. Оно принадлежит перу Епифания Премудрого — одного из самых ярких мыслителей и писателей начала XV столетия. Епифаний знал преподобного Сергия лично, по-еле его кончины подробно расспрашивал о нем очевидцев, почти два десятилетия вел различные записи в своих тетрадях, прежде чем сел за работу. С момента кончины основателя Троицкой обители прошло совсем немного времени. Большинство современников хорошо помнили его, а значит — автору Жития просто невозможно было ни слукавить, ни приписать какого-либо вымысла. Он так отметил в своем предисловии: «Я горько опечален тем, что с тех пор как умер этот святой старец, пречудный и совершенный, прошло уже двадцать шесть лет, и никто не дерзнул написать о нем — ни близкие ему люди, ни далекие, ни великие, ни простые: великие не хотели писать, а простые не смели».

К тому же еще были живы многие старцы, которые рассказывали то, что не могли знать обычные миряне. Последовательность своей работы Епифаний описал довольно подробно: «Поэтому мне пришлось допытываться и расспрашивать древних старцев, хорошо и точно знавших жизнь его… Все, что я услышал и узнал, сказали мне отцы, кое-что я услышал от старцев, кое-что видел своими глазами, что-то слышал из уст самого Сергия, что-то узнал от человека, прислуживавшего ему немалое время и лившего воду на руки его, и еще кое-что я слышал от старшего брата Сергия Стефана, родного отца Феодора, Архиепископа Ростовского; часть сведений я узнал от других старцев, древних летами, достоверных очевидцев рождения Сергия, воспитания, обучения грамоте, возмужания и юности — до самого пострижения его; третьи старцы были очевидцами и правдивыми свидетелями его пострижения, начала пустынножительства и поставления его на игуменство; о других событиях у меня были другие повествователи и рассказчики».

Такое подробное описание труда Епифания необходимо нам для того, чтобы стало ясно — это вполне точный и достаточно правдоподобный источник, сведения из которого можно принимать как вполне исторические. Ведь именно из Епифания заимствовал наш Маркелл Безбородый свой рассказ о Дубенском монастыре. Что же поведал нам автор первого Жития Сергия? А вот что.

По этому тексту события вокруг Куликовской битвы происходили следующим образом: «Услышав от Великого князя о нашествии Мамая, святой благословил Димитрия, вооружил его молитвой и сказал: «Господин мой, тебе следует заботиться о врученном тебе Богом христоименитом народе. Иди против безбожных, и с Божией помощью ты победишь и вернешься в свое отечество невредимым с великими почестями». Великий князь ответил: «Если Бог поможет мне, я построю монастырь во имя Пречистой Богоматери» — и, приняв благословение, покинул обитель, торопясь в путь».

Это была встреча Дмитрия Донского и Сергия Радонежского перед битвой. А после сражения обет, данный князю, был сдержан. Вот как это происходило.

«Достохвальный победоносный Великий князь Димитрий, одержав славную победу над враждебными варварами, с великой радостью, торжествуя, вернулся в свое отечество. По возвращении он незамедлительно посетил святого старца Сергия… Тогда же Великий князь напомнил старцу о своем обете построить монастырь во имя Пречистой Богоматери и сказал, что хочет немедленно приступить к его исполнению, нужно только выбрать подходящее место. Старец Сергий отправился на поиски и нашел красивое место на реке, называемой Дубенка; с соизволения Великого князя святой Сергий поставил там церковь во имя Пречистой Богоматери — Успения Владычицы нашей Богородицы. В скором времени, благодаря помощи Великого князя, чудный монастырь был закончен и все необходимое в нем было в изобилии. Игуменство в нем святой поручил одному из своих учеников, по имени Савва, мужу весьма добродетельному, который благолепно устроил в обители общежительство, как и подобает во славу Божию. В обители собралось множество братии, и по милости Пречистой никогда не оскудевало в ней все потребное для жизни…»

Как мы видим, Епифаний упоминает здесь ученика Сергия по имени Савва. Неужели это первое упоминание о Савве Сторожевском?!

Но оказывается, можно найти сведения о постройке этого монастыря и о Савве в еще более ранних источниках, например, создаваемых буквально еще при жизни самого старца и в два следующих после его кончины года (1406–1409). Это знаменитая Троицкая летопись, являющаяся частью знаменитого московского летописного свода, составление которого в последний год своей жизни благословил еще митрополит Киприан. Что же мы находим здесь? А именно — первое упоминание о построении монастыря «на реце на Дубенке, на Страмыне». И оно относится к 1379 году, то есть еще до того, как Дмитрий Донской мог говорить с Сергием Радонежским о Куликовской битве.