В это же время Михаил Александрович занялся еще одним новым для себя делом. Спроектировал двухэтажный флигель, построенный во дворе дома Мамонтовых на Садово-Спасской и еще часовню в Абрамцеве над могилой Дрюши. (Спроектировал, да не расписал.) Отныне Врубель не только участник всех художественных затей Саввы Ивановича, но и его служащий, заведующий керамической мастерской.

Надо признать главное: благодаря Мамонтовым непризнанный, подвергающийся травле художник обрел прочное место в жизни, перестал быть бродягой, не погиб, как погиб Саврасов. Врубель нашел в Савве Ивановиче работодателя, стал нужным, смог закончить — без мастерской и этого не было бы — «Демона сидящего». И хоть писал «врага человеческого», воздух Радонежья изливал на мастера дух жизни.

Михаил Александрович писал сестре: «Сейчас я опять в Абрамцеве, и опять меня обдает, нет, не обдает, а слышится мне та интимная национальная нотка, которую мне так хочется поймать на холсте и в орнаменте. Это музыка цельного человека, не расчлененного отвлечениями упорядоченного, дифференцированного и бледного Запада». В Абрамцеве Врубель почувствовал себя русским.

15

Завершим главу о художниках второго абрамцевского поколения рассказом об Аполлинарии Васнецове. В его автобиографических записках читаем: «Абрамцевская среда художников, около которых я рос и развивался, блестела звездами первой величины». Здесь, в Абрамцеве, Аполлинарий Михайлович получал наглядные уроки мастерства и у брата, и у Репина, и особенно у Поленова. Он так и говорит: «Учился я на природе и у природы, а помогали мне в этом, вечная им за то благодарность, и сверстники Виктора во главе с ним, и мои сверстники, и особенно Василий Дмитриевич Поленов». О его уроках художник вспоминает: он «часто обращал мое внимание на краски, указывал, что их нужно брать ярче и красочнее…»

Собственно художник Аполлинарий Васнецов состоялся именно в Абрамцеве. Святое небо Радонежья благословило его любовь к земной красоте. Здесь он написал свои чудесные поэтические пейзажи: «Ахтырка», «Рожь», «Яшкин дом», «Летний день», «Поляна», «Лесная тропинка», «В верховьях реки Вори», «Поле».

В 1883 году с XI Передвижной выставки Третьяков купил пейзаж Аполлинария Васнецова «Серенький день». Картина рождена природой Абрамцева.

На XVI Передвижной выставке художник поставил картину «Днепр перед бурей». Картина была новаторская для русской школы пейзажа. Запечатленное мгновение неуловимой границы покоя и бури поразили Савву Ивановича Мамонтова, и он купил картину.

В начале 90-х годов Аполлинарий Михайлович увлекся археологией и стал воссоздавать в своих картинах облик древней Москвы. Это увлечение привело к сотрудничеству с Мамонтовым. Для возобновленной Частной оперы художник написал декорации к «Хованщине». Савва Иванович показал эскизы старшему Васнецову, и скупой на похвалу Виктор Михайлович разволновался: «До мелочей пронизано духом времени! Аполлинарий недаром в нашей семье числится ученым. Ни к чему не придерешься! Документы и притом найденные душой и сердцем художника!»

В 1890 году Аполлинарий Михайлович Васнецов ездил «за природой» на Урал. Он нашел великие просторы и обрел великое искусство. Уральские пейзажи дали ему имя не только среди художников.

Картины «Тайга на Урале», «Утро в Уральских горах», «Дебри Урала», «Сибирь», «Оренбургские степи», «Кама» вызвали в обществе прилив интереса к Русскому Северу. И если для большинства узнавание Родины питало гордость за свой народ, за свою необъятную землю, то таких людей, как Савва Иванович Мамонтов, вдохновение художника подвигало на значительные практические дела. Прибыли промышленников могут способствовать искусствам, но искусство тоже может влиять на промышленность.

К сожалению, сохранилось очень мало живых рассказов об Аполлинарии Михайловиче Васнецове в Абрамцеве, и потому каждое из них дорогое. Платон Николаевич Мамонтов, режиссер и театральный деятель, сохранил такое воспоминание из своего детства. После лыж он задремал в кабинете Саввы Ивановича. «Вбежал Аполлинарий, поставил холст, в пятнадцать минут написал этюд. Запылали последними лучами облака, дубки, солнце сквозь них…»

Оказывается, художники наезжали в Абрамцево и зимой…

Подвиг Мамонтова

1

Связь между двумя замечательными событиями, происшедшими в начале 90-х годов, несомненна. Третьяков подарил городу свое собрание картин, Мамонтов начал строительство железной дороги от Вологды до Архангельска. Эти два события только на первый взгляд несопоставимы.

В июле 1892 года скоропостижно скончался Сергей Михайлович Третьяков, нежно любимый брат Павла Михайловича. По завещанию покойного часть дома и часть коллекции, а именно восемьдесят четыре картины иностранных мастеров, поступали в собственность города Москвы.