Читаем Сапфировая книга полностью

Леди Тилни! Только теперь я сообразила, что не мешало бы мне и Гидеону договориться о том, что случилось с нами в 1912 году. История совершенно вышла из-под контроля, и я не имела ни малейшего понятия, как среагируют Хранители, не понимающие никаких шуток в отношении путешествий во времени. Гидеон и я совершили этот прыжок с заданием, влить леди Тилни в хронограф (между прочим, я так и не поняла, зачем это нужно, но всё выглядело страшно важным; если я не ошибаюсь, речь идет о спасении всего мира, как минимум). Но до того, как мы сумели выполнить задание, появились моя кузина Люси и Пол — в свое время злодеи всей этой истории. По крайней мере, так считают все родственники Гидеона и он сам. Якобы Люси и Пол украли второй хронограф и спрятались с ним во времени. Несколько лет никто ничего о них не слышал — пока они не появились у леди Тилни и поставили с ног на голову все наше чаепитие.

Но вот в какой момент появились пистолеты, я от испуга совершенно забыла, помню только, что в какой-то момент у головы Люси оказалось оружие в руках Гидеона, пистолет, который он вообще-то не имел права брать с собой. (Как я свой мобильник, только мобильником нельзя никого застрелить!) После этого мы сбежали в церковь. Но у меня постоянно было ощущение, что вся история с Люси и Полом была не так проста, как это хотели представить де Вилльеры.

— Что мы скажем по поводу леди Тилни? — спросила я.

— Хм. — Гидеон устало потер рукой лоб. — Не то чтобы нам нужно врать, но, наверное, было бы умнее в данном случае умолчать о некоторых вещах. Лучше всего будет, если буду говорить только я.

И снова этот знакомый командирский тон.

— Конечно, — сказала я. — Я буду кивать с закрытым ртом, как и положено девочке.

Непроизвольно я скрестила руки на груди. Почему Гидеон не мог вести себя нормально? Сначала он меня целует (и между прочим, не один раз!), а сразу после этого ведет себя как Великий мастер из ложи Хранителей?

Каждый из нас смотрел на улицу из своего окна.

Первым прервал молчание Гидеон, и мне это доставило некоторое удовлетворение.

— Что случилось? Кошка украла твой язык?

То, как он это произнес, придало словам оттенок смущенности.

— Э-э-э?

— Моя мама спрашивала меня, когда я был маленький. Когда я так же упорно смотрел в одну точку, как ты сейчас.

— У тебя есть мама? — Только после того, как я произнесла эти слова, я заметила, насколько глупым был вопрос. Господи!

Гидеон задрал бровь.

— А ты что думала? — спросил он, явно развеселившись. — Что я — андроид и меня собрали дядя Фальк и мистер Джордж?

— Звучит не так уж нелепо. А у тебя есть твои фотографии младенческого возраста? — Представив Гидеона младенцем, с круглым толстощеким личиком, я ухмыльнулась. — А где твои мама и папа? Они тоже живут в Лондоне?

Гидеон покачал головой.

— Мой отец умер, а моя мам живет в Антибе, на юге Франции. — На какой-то момент его губы сжались в тонкую полоску, и я уже думала, что он снова замолчит. Но тут он продолжил: — С моим младшим братом и новым мужем, мсье Называй-меня-папой Бертелин. Он владеет фирмой, изготовляющей детали из платины и меди для электронных устройств, и очевидно, дела у него идут очень хорошо: во всяком случае, свою шикарную яхту он назвал «Крёз».

Я была озадачена. Так много личной информации в один присест — это было вовсе не похоже на Гидеона.

— О, там, наверное, классно проводить каникулы?

— О да, конечно! — язвительно ответил он. — У них есть бассейн размером в три теннисных поля, а на чертовой яхте все краны золотые.

— Во всяком случае, мне кажется, это лучше, чем неотапливаемый домик в Пибле.[3]

Наша семья принципиально проводила все отпуска в Шотландии.

— Если бы моя семья жила в южной Франции, я бы ездила туда каждые выходные. Даже если бы у них не было бассейна и яхты.

Гидеон глянул на меня с недоумением.

— Да? И как бы ты это делала, если каждые пару часов тебе приходится прыгать в прошлое? Не такое уж приятное событие, если ты в этот момент несешься по автостраде со скоростью сто пятьдесят километров в час.

— О!

Вся история с прыжками во времени была для меня слишком новой, чтобы я могла думать обо всех последствиях. Существовало всего двенадцать носителей гена — разбросанных по разным векам, — и я все еще не могла по-настоящему осознать, что я была одним из них. Вообще-то им должна была стать моя кузина Шарлотта, которая усердно готовилась к этой роли. Но моя мама по совершенно непонятным причинам схитрила по поводу даты моего рождения, и вот результат. Точно так же, как у Гидеона, у меня был выбор: контролируемо прыгать во времени при помощи хронографа или рисковать тем, что в любой момент в любом месте может произойти прыжок во времени, что, как я уже знала из собственного опыта, не очень приятно.

— Нужно просто взять с собой хронограф, чтобы иметь возможность в подходящие моменты элапсировать, — подумала я вслух.

Гидеон горько хмыкнул.