Вас ничто и никто больше не побеспокоит. Вы словно исчезнете из этого мира, и ничто больше не будет напоминать о бренности бытия. Наконец-то вы сможете вздохнуть свободно и… спокойно.

И никакого виртуала»

Рекламная брошюра

Глава 2

Темнота. Тошнота. Головная боль. Нарушенная координация. Немного бодрит лишь осознание возвращения в сознание. Так, где это я? Места совсем мало. Нащупал часы на руке. Хм, не сняли. Включил на них виртуальный дисплей, как подсветку. Какой-то металлический шкаф. Или гроб? Но сам я вроде бы цел. Пошарил по карманам – тоже всё на месте. Странно. Неужто узнали про тайник? Нужно выбираться. И только я хотел надавить на стенку, которую считал дверью, как за пределами шкафа услышал возню, а затем и мужской голос. Что он там бубнит?

– Так, это сюда, а это сюда, – звуки таскания по полу чего-то тяжёлого, – тааак, вот то, что нужно.

Хозяин голоса немного походил, после чего внезапно начался шум ветра, который вскоре так же внезапно стих.

– И души их будут вечно блуждать в этих стенах, принося мне кредиты на хлеб мой насущный.

Слыхал я, что синдикаты держат при себе маньяков злобных, чтоб показательно расправляться с врагами… От же мля… С таким не договоришься. И хорошо, если через часика три мучений помрёшь, можно сказать, легко отделаешься.

Но возня вскоре стихла, а шаги удалились, и я мог слышать только еле различимые звуки машин на шоссе. Шоссе. Значит я ещё в нижнем городе. Навигатор в часах ничего не показывал – ни одной палочки на индикаторе сети. А шкафчик-то непростой. Ладно, пока всё тихо, нужно выбраться и так же тихо свалить отсюда.

Упёрся коленями и руками в одну стенку, спиной в другую и, что было силы, сыграл в домкрат. Через секунд десять пыхтения шкаф со скрежетом распахнулся, и я кубарем вывалился из него. Чёрт!.. Ну и крепкая шафанерина оказалась.

Помещение, в котором я очутился, было каким-то заброшенным цехом. Грязные, щербатые окна в высоченных потолках нехотя пропускали сквозь себя дневной свет. Голые бетонные стены и полы с вмоноличенными поржавевшими креплениями для каких-то станков. Огромные короба вентиляции. Ряды десятков закрытых зеленоватых металлических ящиков, в одном из которых был и я. Что было в остальных, меня как-то не особо интересовало, хотя воображение уже рисовало жуткие картинки "фаршированных шкафчиков". По центру цеха стоял стол, который не вписывался сюда вообще никаким боком – массив красного дерева с вычурной резьбой. Если и не очень старая, то всё равно дорогая вещь. Вокруг него четыре стула тоже отнюдь не из пластиковой забегаловки. На столе лежала доска Уиджа, стояло парочку канделябров со свечами, бутылка красного вина и несколько хрустальных бокалов. Ну прям в гостях у доктора Лектора. Мои опасения относительно маньяка крепчали.

Единственный выход из цеха вёл в широкий тёмный коридор. Эх, тяжко жить без оптических имплантов… И вот, только я попытался осторожно ступить в его мрак, как послышались звуки шагов, а затем и негромкие голоса. Насколько мог быстро и тихо подбежал к "своему" шкафчику, закрыл дверцу, потом запрыгнул на него и осмотрелся. Шаги всё ближе и вот уже я могу различать, о чём они там говорят.

– Вы даёте стопроцентную гарантию? – мужской голос звучал неуверенно.

– Хоть и не должен, но да, даю. Скажу больше, вы не только сможете поговорить с ним, но и увидеть. И возможно даже сами прервёте его агонию… – этот голос я сегодня уже слышал. Это он про меня?..

– Боже… – женщина всхлипнула, а потом разрыдалась. Все остановились.

– Ну-ну… Дорогая, всё будет хорошо, – неуверенный голос всё же. Я бы ему не поверил.

Между шкафчиками и стеной имелось небольшое расстояние. Этого было достаточно, чтобы я сходу сиганул туда – чуть голову не раскроил о железный угол шкафа. Зато из этого укрытия, слегка подтянувшись на руках, я мог видеть почти всё, что происходит в цеху.

Сначала из коридора появилась парочка громил в дорогих костюмах. Чего они там делали дальше, я смотреть не стал, сразу понятно – частная охранная контора – посекут, и поминай, как звали. Но они сто пудов отсканят цех…

Я зажмурился и уже начал прикидывать, что делать, когда меня таки вытащат на свет божий. Это вот как-то так себя чувствуют всякие там мыши-тараканы?..

Однако, пошарившись по комнате и что-то буркнув друг другу, громилы успокоились. Я, превозмогая инстинкт самосохранения, одним глазом выглянул из своего укрытия. Секъюрити стали по углам и в цех медленно вошла процессия. Почти похоронная… Открывал её худощавый, высокий мужчина с модной шевелюрой и козлиной бородкой. Не особо он что-то на маньяка смахивает. Хотя я их только в кино и видел. За ним шла парочка: он по-отцовски обнимал её, она изредка всхлипывала. Ещё три охранника, как замыкающие. И вся процессия в чёрном…

Все, кроме громил, конечно, расселись на стулья и после многозначительной паузы козлобородый начал: