Читаем Сансара полностью

– За режиссера! Я уважаю режиссеров и постановщиков, но признаюсь: режиссер по имени Жизнь – самый неожиданный, его не переиграешь!

– Похоже, что этот режиссер затеял опасный спектакль для нас обоих… Как думаешь, для чего ему это? – Эля первая перешла на ты.

– Для тебя, может быть, и интересно, а для меня игра может стать смертельной. – Эльвира заметила, что на глазах у Воронова выступили слезы.

– Если я правильно понимаю то, о чем ты говоришь, то для меня это такая же смертельная игра, особенно если кто-то о ней узнает.

– Я понимаю, но один-то уж точно узнает!

Эле стало жарко от огня в камине и от всего происходящего. Да он же признавался сразу во всем! Он не скрывал того, кто он, и предлагал ей вступить в заговор, да еще так прозрачно и двусмысленно. Голова шла кругом, ей казалось, она сейчас растает и поплывет по дому, как облако.

– Мне кажется, я теряю голову! – признался Воронов, проваливаясь в ее глаза своим темным колдовским взглядом.

– Я свою давно потеряла! И стала совершенно безголовая баба! – очень искренне оценила себя Эля. – И то, что я сейчас здесь нахожусь, – главное тому доказательство.

Правда была у каждого своя. Он тэд, она экселендка, и они как два атомных авианосца несутся на сближение друг с другом. Какого взрыва ждать? Кто мог им ответить? Какой закон должен был освятить их союз? Высшего закона, чем закон любви, они оба не знали.

– Я хочу тебе признаться, я бунтарь! Моя связь с тобой – это бунт одиночки!

– А я – предатель, наверное, с тобой, я придаю всех, кто в меня верил…

Воронову надоело ломать комедию, он поставил на камин бокалы, свой и ее, и, взяв ее лицо в свои ладони, сказал, целуя в губы:

– Я могу обещать, что никогда не пожалею об этом и всегда буду защищать тебя! – Он взял ее руки и поднес к губам. – И я не откажусь от тебя, даже если все правительства мира прикажут! Я, знаешь ли, изменился за это время… А ты? Что сделаешь ты, если прикажут твои правительства? – Задав вопрос, он взял ее лицо в ладони и жадно вглядываясь в глаза, ожидал услышать только правду.

– Мое правительство в моем сердце!

Страсть, наконец, сметая все преграды, бросила их друг к другу, обжигая и обволакивая своей непобедимой силой и красотой. На пол полетели туфли, платье, пиджак. Они накинулись друг на друга, как накидывается на воду умирающий в пустыне от жажды, они потерялись в пространстве, умирая, возрождались с новой силой, они познавали что-то неведомое, что не имело границ и названия, но оказывалось самым важным и могущественным, как танец ночи, танец силы, танец вечности. Эта вечность уносила их за собой в пространство, которого нет на карте, в которое можно попасть только по влечению сердца. Это стихия играла с ними, разговаривая на языке вечности, и вечность похищала их сердца.

Воронов переживал невероятное ощущение счастья, неизмеримого, безбрежного, оно не источалось, а только прибывало, переливаясь через края его сердца, и он почувствовал, как оно вдруг потеплело, начало плавиться и таять, будто до этого было заковано в лед! И сердце его, несмотря на диагноз Лари, оказалось вовсе не ледяным и железным, а горячим и живым! Оно стало настолько горячим, что даже из глаз внезапно капнула слезинка, видимо выбросив искривленное зеркало, как у Кая из сказки «Снежная королева».

Из него исходила целая гамма чувств и радуга оттенков, оно излучало потоки любви и готово было устроить потоп! Они вдвоем исчезли из этого мира, как исчезает день, переходя в ночь. И, похоже, вся Вселенная замерла в удивлении перед силой и красотой любви. Вселенная удивилась своему эксперименту и сохранила их в своих объятиях, оберегая, как ракушка оберегает свою жемчужину.

* * *

– Нет, нет, никуда я тебя не отпущу! – шептала Лена, обнимая Павла так сильно, как будто провожала его на войну.

– Ты чего, Лена, сдурела? – мягко высвобождался из ее рук Павел. – Я туда и обратно, мигом!

– Ну, куда ты на ночь глядя, завтра отошлешь почту, и завтра утром вместе съездим за продуктами!

– Лен, – Паша решительно высвободился из ее объятий, – сейчас только девять часов, я за два часа управлюсь, а завтра с утра я хочу пойти на рыбалку. Я же тебе говорил, мы с Никитой договорились! И потом, я не собираюсь выходные проводить в магазинах, пока есть еще два-три солнечных дня! Сейчас быстренько все куплю, и мы два дня будем возиться в огороде и чирикать!

– Ну, тогда приезжай поскорее, я не переношу сидеть на даче одна! Здесь холодно и противно, а особенно когда тебя нет!

– Лен, ну ты же не маленькая, посмотри, вокруг соседи, сходи пока к кому-нибудь, чаю попей, я скоро приеду! – Паша наклонился к Лене и поцеловал в щеку.