Читаем Сансара полностью

Коридор оказался таким же железным длинным, но уже без окон, настоящий тюремный дизайн, в котором усиливались и отзывались эхом шаги четырех пар ног. Они долго шли в конец коридора, который завершала будка с охранником. Охранный пост находился в тупике, возле огромной железной двери с колесом посредине. Подойдя к охраннику, Ева протянула ему вместо удостоверения руку с часами, тот снял с них данные, и железная дверь, заскрипев, медленно отворилась, запуская их в один секторов Пирамиды. Несколько шагов они проделали в полной тьме, пока Ева не нашла выключатель и не включила свет.

Вспышка яркого света полоснула по глазам, и все инстинктивно зажмурились. Сияло золото – его было много: стены, потолок, статуи, тонны золотых слитков, сложенных вдоль стен. Не врала ведь Ева тогда в лесу, говоря, что золота в подземных бункерах видимо-невидимо. Только не сказала, откуда и кому принадлежит. Голубев прошелся по рассыпанным по полу золотым монетам – груда их валялась под ногами, Ева уже шла дальше, включая свет в следующих залах подземного дворца. Трое зачарованных мужчин следовали за ней, как завороженные крысы за дудочкой крысолова. Их глаза отражали золото, оно отражалось в многочисленных зеркалах в старинной золотой оправе, отражалось в зеркальном потолке и в позолоченных стенах, оно пробиралось в сознание, и внезапно Голубев почувствовал сильную тошноту, которая исходила именно от этого невероятного количества золота. Сергею показалось, что его душат, буквально затягивают удавку у него на шее. Ева вела экскурсию по залу и что-то рассказывала, но Голубев не слышал ее, ему казалось, что она хлопает ртом как рыба. Его замуровали в этом золотом склепе, и он хочет вырваться наружу, но не может, потому что он и сам рыба в золотом аквариуме. Эксперимент, направленный, видимо, на то, чтобы подавить в человеке самоуважение – достиг цели. Прибитые роскошью люди почувствовали себя маленькими и немощными. Голубев отстал от экскурсии и вяло поплелся к выходу. Непонятно почему, но у него не возникло ни малейшего желания захватить с собой хоть горстку мелких украшений из больших старинных сундуков. Он неожиданно ощутил резкое отвращение к этому металлу, словно сразу понял всю суть этого эксперимента. У человека, никогда не видевшего богатства, такое количество золота вызывало шок. Этот шок подавлял и растаптывал слабую личность, как подавляет простого смертного миллиардер только тем, что за его плечами стоит нечеловеческое могущество, способное растоптать и уничтожить любого. Голубев сразу почуял трюк, новый психологический выверт. Позднее он узнает о том, что подобные сеансы на людей действовали магически, они привязывали – золото пожирало мысли, становилось главной навязчивой доминантой сознания. И все мысли о побеге проходили через золотую комнату и на ней обрывались. Люди так привязывались к мыслям о об этом соблазне, что навсегда добровольно оставались в Пирамиде. У них появлялось навязчивое желание вернуться в золотую комнату и любой ценой завладеть частью ее содержимого. Мысли людей попадали в рабство, кружились по кругу, доводя человека до одержимости этой маниакальной идеей. Голубев выскочил в коридор, у него начались рвотные позывы. Он раскрыл рот и задышал часто и глубоко, как собака. Это помогло справиться с тошнотой. Они ломают мозг! Почему же так дурно, как будто зельем опоили. Голубев прижался к холодной железной стене и сполз вниз на пол. Вяло выползли и остальные. Парни, казалось, совершенно не поняли сути эксперимента. Но это было еще не все.

Следующий эксперимент оказался безобиднее предыдущего и представлял собой одну из форм виртуальной иллюзии – «иллюзион». В небольшом зале, как в кинотеатре, было расставлено десятка два кресел, только экран занимал всю комнату, включая потолок. Ева усадила их в кресла, на подлокотниках которых оказался встроенный пенал для очков на железной цепочке.

– О мой Бог! – воскликнул Голубев. Это же были те самые очки, которые им выдал Лоу. Только здесь их было много. Этот зашифрованный привет от мастера вызвал в душе Голубева радостную улыбку. Теперь он знал, где найти ключи от входа в зону, осталось малое – найти выход! Голубев переглянулся с Рахмановым и Филиппенко и увидел, что все оценили подарок. Ева приказала всем надеть очки и сама уселась в кресло.