Читаем Санкт-Петроград (СИ) полностью

А вот сам "медиум" не спешил вынести свой вердикт — то ли размышлял, как половчее свести случайно выпавшие карты к заранее заготовленному монологу, то ли пытался истолковать карты по-настоящему. После нескольких томительно долгих секунд ожидания, показавшихся Рите вечностью, он, наконец, оставил свои потуги, и, откашлявшись, заговорил, как того и требовал момент, загадочно и торжественно:

— Вам предстоит долгий путь, полный загадок, тайн и опасностей, — прогудел "таролог". — Вам выпали только старшие арканы, это значит... ммм... что вы движетесь в нужном направлении и не отвлекаетесь на ерунду. Старец-друид, — он ткнул на карту с "Граалем", — это тайны, злоумышленник, — кивок на "Раскольникова", — опасность. Но вам нечего бояться — вы сможете благополучно миновать все ловушки и отыскать верную дорогу. Вам выпала Богиня-Мать — это очень сильная карта.

— Даже сильнее, чем скелет? — не выдержала Крис.

— Конечно! — поспешил заверить их "таролог". — Но карта скелета не несёт в себе никакого негативного посыла. Скелет — это альфа и омега, начало и конец. Смерть, которая всегда предшествует зарождению новой жизни.

— То есть, это хорошая карта?

— Хорошая, — не очень уверенно кивнул парень, похоже, пытаясь убедить в этом прежде всего самого себя.

— Поверим на слово, — решила вмешаться Рита. — Так что в итоге вы можете нам посоветовать?

Неопределённо пожав плечами, "таролог" проворно собрал карты.

— Опасная материя — опрометчивые советы, — осторожно произнёс он. — Дурной совет лишён смысла и пользы, а порою даже способен стать фатальным. Причём козлом отпущения в такой ситуации окажется советчик, пусть он и не желал ничего кроме добра.

Уровень пафоса задирался всё выше, и Рита мысленно застонала. Ох уж эти сверхстарательные аниматоры со своими витиеватыми разглагольствованиями! Нет чтоб прямо сказать: дескать, вам нужно туда-то и туда-то, а в качестве платы потребовать дать ответ на загадку.

— Мы готовы обменять подсказку на магнит, — простодушно брякнул Ник.

— Ты что, сдурел? — зашипела на него Рита. — Нельзя отдавать магнит! Наверняка его нужно будет использовать по прямому назначению, а не для обмена!

— Магнит вам ещё пригодится, — подтвердил "таролог" её предположения. — Берегите его. Что же касается совета... — заговорщицки подмигнув, он вытащил из кармана оригами: ярко-красный лотос и с галантным полупоклоном вручил слегка растерянной Рите.

Девушка повертела в руках бумажный цветок. Когда-то в школе она сама складывала такие из цветной бумаги — например, когда до звонка на перемену оставалась ещё уйма времени, а все задачки из контрольной были благополучно решены. Если память ей не изменяет, его можно вывернуть наизнанку — и тогда получится совсем другая фигурка.

Потянув за треугольные лепестки, Рита обнаружила, что на изнанке написаны числа.

Девять. Пятнадцать. Сорок семь. Три.

— Это и есть ваш совет?

— Не совет, а нечто гораздо более ценное, — последовал ответ. — Подсказка. Шифр. Ключ. Не потеряйте его, это крайне важно.

Рита кивнула.

— Постараемся не потерять. Спасибо.

— В таком случае счастливого пути, отважные герои, и пусть вам будут добрыми все тропы и дороги! — крикнул "таролог" им вслед.

Крис почему-то последняя реплика развеселила так сильно, что она затряслась от беззвучного смеха.

— Мне одному показалось, или это была подсказка? — прищурился Ник.

— Думаешь? — усомнилась Крис. — "Тропы и дороги"?

— Нет. Строки рифмованные.

— Только из ритма выбиваются, — заметила Рита. — Да и рифма так себе. Думаешь, это намёк на рифмоплётство?

— Лисёныш, у нас одна из точек — сквер с памятником Пушкину.

— М-да, до Пушкина автору этих виршей, конечно, далеко... Песни в старых мультиках и то лучше переводят. Но, пожалуй, ты прав. Хотя мне начинает казаться, что последовательность посещения точек не имеет никакого значения.

— Почему?

— Магнит-то нам здесь не пригодился.

— Значит, позже пригодится.

— Так мы идём к Пушкину? — вмешалась Крис, уже успевшая заскучать.

— Да.

И вновь Рите показалось, что за ними следят. За ними... или за ней?.. Ощущение накатило внезапно, стремительно, и так же стремительно схлынуло, будто океанская волна.

Что это: пустое, не заслуживающее внимания наваждение или реальное ощущение угрозы?

— Ты чего остановилась? — в сумбурный поток мыслей ворвался нетерпеливый голос брата. — Сомневаешься?

— Я... нет, — поправив очки, Рита внимательно оглядела окрестности, тщательно всматриваясь в плохо освещённые углы. В глубине Банковского переулка, куда не достигал свет фонарей с набережной канала Грибоедова, клубилась тьма; на другой стороне канала тоже царил мрак, в котором скрыться — раз плюнуть. Но никаких подозрительных личностей поблизости не наблюдалось.

— Что с тобой?

— Ничего. Идём.