Санька заморгал глазами, сделал кислое лицо.

— Пустите их, Екатерина Федоровна, — вмешался шофер. — Мы сегодня же и обратно.

— Не знаю, что и делать?! — развела женщина руками. — И тут с ним намучаешься, — мотнула головой на сына. — Ладно уж. — И пошла сама усаживать ребят в кабину.

Геолог по-прежнему устроился в кузове.

— Как бы не убежал, — шепнула Ася Наташе.

— Через окошко будем следить.

Снова покатили на юг. Деревьев становилось все меньше. Началась кочковатая тундра. Темно-зеленые подушки шикшовников ярко выделялись среди жухлой травы, серовато-голубых полей лишайника. Кое-где поднимались невысокие кусты жимолости. Машина, виляя между кочками, раскачивалась с боку на бок. На ребятишек напала дремота. Они слегка посапывали, привалившись друг к другу…

Асю разбудили толчки. Это отец локтями: широко их расставив, он крепко держал руль, спуская грузовик с кручи. Проснулась и Наташа. Перед глазами — океан! К горизонту он словно поднимался. Хребты волн, как движущиеся ступеньки, уходили вверх, к загадочной неподвижной черте, где вода сливалась с небом. Оно там сгущенное, темно-синее. И только ближе разрежалось на гряды отороченных белым туманом облаков, которые тоже качались, как перевернутые пенные волны. Казалось, мечущиеся в высоте чайки потому и кричат так надрывно, что им, пернатым, никак не понять, где же их настоящая стихия, где…

Левый край залива обрезал скалистый мыс, уходя в воду рассыпанной грядой рифов. С другой стороны, вдоль берега, на юго-запад тянулась горная цепь, над которой сверкал белоголовый конус сопки… Подножье ее опускалось прямо в океан.

— Ярый вулкан, — вспомнила Наташа свой приезд. — Значит, мы уже на границе!

— Не вертеться, — предупредил дядя Петя. Он медленно вел машину прямо к кипящему прибою.

— Куда ж мы? — забеспокоилась Наташа. — Где дорога?

— Вон наше «шоссе», — кивнул шофер на гладкую полосу мокрого песка, на которую набегали пенистые барашки прибоя. — Другой дороги нет. И эта-то лишь в отлив.

— Зверь, зверь! — закричал Саня.

Девочки прильнули к стеклу. Меж камней из воды торчала щетинистая морда с глазами-плошками.

— Нерпа, — узнала Ася.

— Почему же у нее голова кошкина? — спросил Саня.

— Не кошкина, а своя.

Еще одна вынырнула и застыла столбиком. Нерпы с любопытством следили за машиной. Грузовик катился возле самой воды, пересекая набегавшие языки волн. Когда уж очень захлестывало, водитель сворачивал к скалистой стене берега, под которой топорщились груды полузаиленного плавника — бревна, доски и прочая всякая всячина, выкинутая прибоем…

Опять волна! Высокая, с пенящимся гребнем, она катилась, грозя залить двигатель, убыстряя и убыстряя бег, будто под ней накручивали невидимые колеса.

Шофер рванул руль. Ребятишки повалились друг на друга. Волна вскользь, только верхушкой, хлестнула по кабине. В залитом лобовом стекле мелькнула ее темная ухмыляющаяся пасть…

— Прощай, милая! — озорно крикнул дядя Петя.

— А если бы нас утащило? — затрясла головой Наташа. — Ой…

Треск разбитого стекла, крик, скрежет тормозов…

Шофер выскочил из машины.

На боковом стекле зияла дыра с ломаными лучами трещин.

— Кто это?! Видели?!

— Не я! — поспешил Санька.

— Не мы! — подтвердила Ася.

— Чем-то острым, как пулей, — осматривал отверстие дядя Петя.

Выпрыгнул из кузова и геолог. Насупив брови, он молча обошел машину и встал рядом с водителем.

— Нн-нн-да-а, — пробасил он, словно выдавливая из себя буквы. — Следует разобраться.

— Подозрительно все-таки, — заметил дядя Петя.

— Тут что, помешались все? — раздраженно проговорил геолог. — У ребят «шпионские» карты, на буровой — «секретность», теперь и здесь — «подозрительно»…

Водитель, выслушав реплику геолога, недоуменно пожал плечами.

— Ехать надо, — потребовал геолог, — пока машину не засосало.

Дядя Петя и сам понимал, что стоять нельзя: колеса ушли в песок. Оглядываясь на берег, на море и даже на небо, он полез за руль.

— Ася, — на ухо прошептала Наташа. — Дыра-то, слыхала, от пули.

— Да, — подтвердила Ася.

— Это оттуда стреляли, — показала Наташа на берег. — По нам!

Ася растерянно поморгала.

— Может быть, он, — она кивнула на кузов. — Папу-то как оборвал, торопится. У него ведь пистолет… Помнишь, как по медведю?..

Девочки с ужасом взглянули друг на друга и, не сговариваясь, посмотрели назад, на геолога.

Глава 7.

«ПЛЕННИКИ»

Генка, сжимая ружье, следил за стволом автомата. В проеме двери вырос человек в дождевике.

— Руки вверх! — неожиданно для самого себя крикнул Генка.

— Як?! — изумился незнакомец и стал поднимать руки. Взявшись двумя пальцами за мокрый, нахлобученный на глаза капюшон, откинул его.

Ребята раскрыли рты: на голове незнакомца зеленая фуражка со звездой. Из-под козырька торчал черный чуб.

— Пограничник! — радостно изумился Славка.

— Бачь, яки отчаянны! — продолжал гость, скидывая с себя плащ. — Ты, хлопчик, опусты ружье, — обратился он к застывшему Генке. — Воно у тебя все равно не стрельне.

— Почему? — обескураженно спросил Генка.