Читаем Санаторий строгого режима полностью

Буквально сразу за доктором в палату зашла та самая тетка, видимо ее и звали Зинаидой и, судя по всему, она работала тут то ли медсестрой, то ли санитаркой. Она принялась обтирать меня губкой и почти холодной водой, от чего я стала ойкать и подергиваться, так как процедура была весьма неприятной и даже болезненной. С другой стороны, уже через пару секунд я испытала облегчение зуд, мучивший меня с момента пробуждения постепенно начал проходить.

– Спасибо! – Искренне поблагодарила девушка Зинаиду.

– Ты точно больная, я в шоке, раньше от тебя слова доброго никто не слышал, а тут спасибо, пожалуйста, может и к лучшему то, что с тобой случилось и лучше твоей памяти не возвращаться.

– Не говорите так, мне нужно вспомнить, кто я, это сводит с ума, я не понимаю, как мне жить дальше и все что я узнала от вас и доктора никак не вяжется у меня со мной. Я, конечно, не помню, что делала до того, как тут оказалась, но понимаю, что не могла совершить преступление и уж точно не способна выжить в тюрьме. Еще мне не дает покоя ребенок – как я могла забыть ребенка, ну нет у меня ни малейшего ощущения, что я – мама. Если бы только память вернулась, я смогла бы разобраться во всем.

– Вернется, Степан Степаныч сказал, что ты сильная и организм молодой, если так быстро и легко вышла из комы почти без потерь, то и память восстановишь.

– А как меня зовут?

– Так Веркой, вспоминай-вспоминай, только после драки с Кукушкой тебя теперь тут никто иначе, как самоубийцей не зовет.

Эта женщина мне уже не казалась такой неприятной она, скорее всего, просто устала работать в таком сложном месте и нагрузка у нее, наверное, большая и люди, с которыми приходится общаться отнюдь не белые и пушистые.

Отмыв меня и обработав раны, Зинаида снова ушла и на этот раз девушка надолго осталась одна. Теперь ей уже было чуть легче, она могла шевелиться, да и чувствовала себя намного лучше. Вера с трудом села на кровати и смогла осмотреть свое тело, насколько это было возможно в таком неудобном положении. Руки и ноги в ссадинах, на животе шов, но похоже он уже зажил. Правильно сказал врач, она будто в мясорубке побывала, что ж там за Кукушка такая, что смогла так изувечить человека, тем более что, судя по всему, драка длилась всего пару минут. Да уж, тело-то заживет, как же теперь вспомнить все.

Изучив свое тело, и слегка успокоившись, Вера снова погрузилась в сон, надолго ли – неизвестно, но на этот раз все было иначе. Она увидела во сне парк, на дорожках которого лежали пожелтевшие листья. Она прогуливалась по территории и будто кого-то искала, вот он, сердце замерло, вдалеке появился едва различимый высокий мужской силуэт. Сердце наполнилось любовью и радостью, но в тот же момент она вынырнула из забытья, ее снова вырвали оттуда сильной рукой. Снова открыв глаза, Вера вернулась к своей новой такой нереальной реальности. Рядом с ней на кровати сидел Степан Степанович.

– Тебе, похоже, что-то приятное снилось, ты улыбалась.

– Да уж, странное чувство, я будто побывала в своей обычной жизни, вот только она никак не связана с тюрьмой.

– Ну, такое бывает, ты же жила как-то до заключения, возможно это хороший знак, может, через сны ты начнешь что-то вспоминать.

– Надеюсь, мне это очень нужно.

– Так хватит болтать, у меня работы еще полно, я хочу проверить твою двигательную активность и снять швы.

Доктор начал выполнять свою работу. Аккуратно сняв швы, он начал прощупывать все кости Веры, одну за другой, сгибая и разгибая поочередно каждую руку и ногу. Проверив все и кажется, оставшись довольным, он встал и уже готов был уйти…

– Подождите, пожалуйста, вы обещали принести зеркало, – напомнила девушка.

– Ах да, надеялся, что ты не вспомнишь. – Он достал из кармана маленькое складное зеркальце, какие носят девушки в своих сумочках.

Вера взяла его в единственную свободную руку и поднесла к глазам. Отражение мало ее порадовало, сквозь стекло на нее смотрело страшное опухшее создание с синевой вокруг глаз и распухшей с одной стороны скулой. Бровь так же видимо была зашита.

Степан Степанович проследив за ее взглядом тут же сказал:

– У меня был чуток само рассасывающихся ниток, так что бровь я тебе зашил ими, чтоб шарм в тоге был поменьше, когда все заживет.

– Спасибо! – Только и смогла вымолвить она, после чего захлопнула зеркальце и передала его доктору.

Она снова улеглась на кровать и, свернувшись калачиком, закрыла глаза, но тут же взвыла от боли.

– Что случилось? – Вернулся доктор.

Вера схватилась за запястье, которое было пристегнуто наручниками. Только тут он заметил, что оно сильно распухло и там, где металл соприкасался с кожей, проступила кровь.

– Да уж, сейчас и эту неприятность решим, у тебя зажила вторая рука, давай попросим охранника пристегнуть ее, а эту рану обработаем. – Так и поступили и, хотя наручники причиняли явный дискомфорт, все же стало намного легче, но надолго ли…