Читаем Самурай (сборник) полностью

На лекцию мне идти вместе с второкурсниками. Они все уже перезнакомились, конечно: толпа студентов состояла из весело болтающих компаний. Постепенно мне удалось их рассортировать. Студенты делились на сообщества, сформированные, во-первых, по клановому признаку, а во-вторых, по происхождению: сыночки и дочки богатеньких родителей держались свободно и раскованно, и было их большинство, а сюда они приехали продемонстрировать свою приверженность последней моде; те же, кто учился на спонсорские деньги, были и одеты нормально, и вели себя сдержаннее. Но я весной не зря потратил кучу времени на изучение статистики прошлых лет. Среди этих, не слишком в себе уверенных, нет кандидатов на вылет за академическую неуспеваемость, эти учатся как звери, и к тому же они в среднем умнее — спонсоры зря денег не тратят. Если мой собеседник присоединится к компании таких ребят, то надо бы с ним помириться, а если к «золотой молодежи», то его общество меня не интересует, пусть сам разбирается со своей завистью и своими комплексами.

С такими мыслями я вошел в аудиторию. Парень с Фонди тоже оказался второкурсником, и присоединился он к компании, во-первых, представлявших клан Кальтаниссетта (некоторые из них нацепили значки с гербом), а во-вторых, слишком развязных: «золотая молодежь». Все ясно. Проехали. Только зарублю себе на носу, что не всякий антиквариат дорого стоит, а то, что висит у меня на кончике языка, может оказаться некрасивой насмешкой над чужими материальными трудностями, даже если я ничего подобного в виду не имел.

Я взглядом подыскал себе свободное место подальше от слишком шумных компаний и направился к нему, заранее радуясь, что мое появление обошлось без фейерверка. Рано радовался.

— Эй, щенок!

Я не повернул головы, продолжая идти к выбранному месту: неужели этот тип не оценил мои ехидные выпады? Там на стоянке нас никто не слышал, а здесь он рискует стать всеобщим посмешищем.

— Эй, ты, сопляк, к тебе обращаются! — Уже другой голос.

Та же реакция; надеюсь, у меня и плечи не дрогнули.

В этот момент прозвенел звонок, так что до места я добрался без осложнений. В аудиторию вошел преподаватель (он вообще-то профессор, но для меня только один человек профессор).

Я подключил свой ноутбук к сетевому разъему, и на него сразу же упал конспект грядущей лекции. Моя задача — дописывать его, если что-то покажется мне непонятным или слишком кратким. Способ обучения «не бей лежачего». Конспект показался мне даже слишком подробным.

В маленьком перерыве ко мне никто не подошел, еще бы, дураков нет: я же в своем окопе. Я успел скачать прилагающийся к курсу задачник и на второй половине лекции уже занимался делом. Но после лекции мне придется покинуть хорошо укрепленную позицию «я просто сижу и учусь, а до вас мне дела нет», сменив ее на гораздо более уязвимую «я просто иду на следующую лекцию, а до вас мне по-прежнему нет дела». Какого ястреба я так напрягаюсь? Как пристанут, так и отстанут! Отступят в беспорядке на неподготовленные заранее позиции.

После лекции «слишком шумная компания», кажется, решила дождаться момента, когда я буду проходить мимо них. И что им надо? Другого дела не нашли? «Сейчас узнаешь», — заявил внутренний голос.

Попытка поймать меня за плечо не удалась, а я сделал вид, что ничего не заметил: что это за улитка пытается меня задержать? В спину мне ничего не кричали и вдогонку не бросились. Два-ноль в мою пользу. Летучие коты, я сюда учиться пришел, а не с дураками пикироваться! Хорошо хоть следующая лекция в моем расписании из необязательного продвинутого списка курсов — этих болванов там быть не должно.

И впрямь нет. Замечательно. Зато к этому курсу нет отдельных семинарских занятий, и группа маленькая, поэтому преподаватель решил познакомиться со студентами и провел перекличку. Пришлось откликаться на свою фамилию и терпеть всеобщий интерес к моей особе, на всех остальных так не пялились.

— Вы сын генерала Галларате? — спросил преподаватель, синьор Брессаноне.

— Да, — ответил я настороженно.

— Хм, обычно мои необязательные курсы посещают студенты, которые впоследствии прославляют свою фамилию, а не те, фамилии которых уже прославлены. (Иными словами, что ты тут делаешь, богатенький бездельник? Не мог же он сказать: «не те, которые позорят…» — я еще ничего такого не сделал.)

Студенты заулыбались: здесь имеет значение только светлая голова, а не счет в банке, поэтому тут нет «золотой молодежи». Черт, да я уже два часа стремлюсь попасть в такое место.

— «Знаменитая фамилия» и «последствия неудачной лоботомии» — два разных диагноза, — мягко заметил я.

Студенты и преподаватель одобрительно рассмеялись. Теперь придется доказывать, что я имел право так пошутить. Еще один вызов!

Конспект этой лекции отнюдь не показался мне слишком подробным. А из двух предложенных в конце задач я сумел решить только одну.

Звонок прозвенел, когда я проверял очередную идею, которая позволила бы мне доказать одну лемму, которая позволила бы мне корректно провести одно преобразование, которое позволило бы мне решить вторую задачу. Уф!