Читаем Самовар с шампанским полностью

– С детства. Отец Василия был крупный чиновник, ему в Химках дали в советское время шикарную квартиру в ведомственном доме, четыре комнаты, два санузла. Прикинь, а? Пара туалетов при коммунистах! Мать у Васи не работала, шуб у нее было штук двадцать, Кожин после ее смерти своим бабам норку раздаривал. Не повезло Ваське: предки в аварию попали, когда он выпускные экзамены сдавал, остался он один. Алексей в соседнем доме жил, они вместе с Кожиным в секцию самбо ходили. Отец Рощина какой-то крупный чин в милиции был. Он сына устроил на юридический факультет и Кожина пожалел, пристроил его в заведение, где на простых полицейских учили, а затем с работой ему помог. Алешку папахен сразу в элитное подразделение впихнул, Рощин живо карьеру делать начал, а Вася в районное отделение устроился. Он там долго сидел, пока его Алексей туда, где сам служил, не пристроил. Но Кожин там не прижился, его из-за той бабы, что с крыши сиганула, выгнали. Васька никогда не умел деньги копить. Получит зарплату, шикует, мы в ресторан идем, шмотки мне покупаем. Бац! Закончились лавэ, пьем кефир, жуем сухари. Рощин прижимистый был, но и ему тугриков не хватало. А потом вдруг у Васьки и у Лехи хорошо с деньгами стало. Кожин мне сказал: «Поедем отдыхать в Эмираты, в пятизвездочный отель, полетим бизнес-классом». Но обещание не выполнил. Начал куда-то по вечерам исчезать. Мне говорил: «Я на новом месте работаю, надо авторитет у начальства заслужить, не могу, как раньше, в любое время слинять». Я почуяла – врет. Кожин себе чемодан новых вещей приобрел, часы дорогие, компьютер навороченный. На работу он скромно одевался, вернется со службы, расфуфырится и убегает, бросив на ходу: «У нас спецоперация. Не спрашивай ни о чем. Тайна следствия». Правда, он и мне подарки покупал, кольцо красивое приволок. А вот Рощин ни себе, ни Наташке ничего не приобретал. Она один раз на звонок домашнего телефона ответила, а там голос: «Банк «Новый» беспокоит, позовите Алексея Рощина, у нас вопрос по его вкладу». Натаха наврала, что она жена, попыталась выяснить, сколько у Лехи денег, но менеджер ничего не сказал, только обмолвился, что счет открыт совсем недавно. Натка к Рощину с вопросами подкатила, а он лицо кирпичом сделал: «Какие вклады? Я еле до получки дотягиваю. Ты не поняла. Это по работе звякнули, я счет подозреваемого проверял. И не смей больше трубку в моей квартире хватать! Не у себя дома живешь». Такой скандал закатил, а раньше они нормально жили. Натка ко мне в тот день прибежала, давай реветь: «Я на восьмом месяце, а он точно другую завел, деньги положил в банк, от меня скрывает. К гадалке не ходи – на любовницу все тратит. Откуда у него тугрики? Где он их надыбал? Что делать? Замуж меня не зовет. Куда деваться, если выгонит?» Я ей предложила: «Давай их в жопу пошлем, уедем жить ко мне, все как-нибудь наладится». А она: «Тебе хорошо говорить, а мне рожать, нет уж, потерплю. И ты не руби сгоряча, вдруг у мужиков временно мозги растеклись! Лешка дочку хочет, имя ей придумал – Маша». А когда Василий мне скандал устроил и на шашлык один умотал, все ясно даже ей стало.

– Маша, которая мне открыла дверь, дочь Алексея Рощина? – остановила я рассказчицу.

Олеся взяла с тумбочки бумажную салфетку.

– Биологически – да. Наташке после того, как Леха умер, пришлось из его квартиры уйти, ей было негде жить, я ее к себе пустила. Натка стюардессой работает, она летает на особых самолетах, не на рейсовых, а на лайнерах, которые люди для себя нанимают. С одной стороны, это тяжело, клиенты капризные, придирчивые, надо очень хорошо выглядеть, не обращать внимания на хамство, с другой – заказчики большие чаевые дают. Сейчас она с каким-то политиком отправилась, тот к избирательной кампании готовится, из города в город на самолете перемещается. На две недели нас покинула.

– А как же Маша? – удивилась я. – Девочке надо обед сварить, в садик проводить. Вы же тоже работаете.

Телегина скомкала салфетку.