Читаем Самоуправление 25.04.2008 полностью

А пока «Газпром» тянет к людям в дома газ, старообрядцы тоже не сидят без дела. Старики заполняют свою жизнь «мелким богоугодным трудом». Так, в селе Степановка до 2005 года висело 18 старых, еще дореволюционной отливки колоколов. Старообрядцы вешали их на ивах, на воротах домов, в специальных будках-молельнях, сваренных из железных швеллеров. На праздники или на поминки в Степановке собираются большие процессии, люди идут с иконами, крестами и останавливаются каждый раз у колоколов, звонят в них, читают молитву и отправляются дальше. «Пока все 18 колоколов обойдешь, полдня пройдет. Вот как веруют у нас! Но три года назад москвичи-дачники стащили все колокола», - сообщает Борис Трофимович. Тема москвичей-дачников тоже относится к конспирологическим, в их действиях усматривают какие-то тайные нехорошие помыслы, хотя доля истины в этом есть: их деструктивные проявления можно усмотреть в свалках на окраинах деревень, кострищах в лесу и глушении рыбы в реке Гуслица электрическим током.

Общины старообрядцев борются с этим как могут. «Вместо колоколов мы повесили отрезки рельса, все 18 на месте, в них теперь звоним. А что свалки? Собираем субботники, ликвидируем мусор. Вот с 2009 года обещают нам реальное самоуправление - тогда подумаем о том, чтобы от москвичей колючей проволокой отгородиться», - говорит Борис Трофимович, сидя на полатях в воссозданной старообрядческой избе.

В Гуслицах низовое самоуправление строится все же не столько на борьбе с москвичами-дачниками, сколько на религиозной жизни. Большинство верующих недовольны тем, что государство проводит реституцию в основном в отношении РПЦ. «Пора бы и нам земли возвратить. До революции гусличане ведь побогаче москвичей были! У кого тогда по 50 рублей на семью в месяц выходило, считался бедным. Вот мой дед был хмелеводом, по 1000 рублей в год выходило! А сейчас что? Дали бы нам землю, промыслы - мы бы тут зажили!» - переживает 72-летняя Фаина Ивановна Корзенкова, служка при старообрядческой церкви Святителя Николая в селе Устьяново. Церковь эта, что интересно, не закрывалась при Советской власти, поэтому и тогда, и сегодня она оставалась центром местной духовной, да и экономической жизни старообрядцев в Гуслицах. В советское время сюда съезжались паломники со всего СССР, оставляя кто рубль, кто сто, тут открыто продавалась старообрядческая литература, писались иконы дониконианских образов (существует в иконописи даже особый, гуслицкий стиль).

Сейчас старообрядцы со всего мира (а уже не только из бывшего СССР) собирают деньги на проведение в церковь газа - она до сих пор отапливается дровами, и, как надеется Фаина Ивановна, вместе с газом в местную жизнь войдет больше благодати. «Газ - ведь это прогресс! Он из-под земли людям дан не просто так - а с тайным умыслом: это ведь кто в землю лег, стал газом, - делится своей эсхатологией Фаина Ивановна. - Когда-то и у нас газ добывать будут. Вон, на кладбище людей-то год от года прибавляется». На Устьяновском кладбище тоже, как и на других, сидят старики. От церкви метров за сто видно, что сосновая роща с кладбищем украшена яркими лентами, венками, висят и несколько новогодних игрушек.

В Устьяново остались почти одни старики (как и в других гуслицких деревнях), но не потому, что молодежь вымерла или уехала в Москву. Как говорит Фаина Ивановна, очень многие сейчас переезжают отсюда в другие старообрядческие местности, например, Вятку или Кострому, устраиваются там священниками или простыми служками - ведь связь поколений, традиции в Устьяново не были утрачены, в отличие от других староверских деревень.

Фаина Ивановна в красках рассказывает об упрочении местных старообрядческих традиций: «Наконец-то мужчины стали бороды носить! С бородой-то как красиво! А то ведь наш отец Алексий до причастия не допускал безбородых. И вина теперь почти не пьют!» Она берет в руки можжевеловый веник, крутит его в руках, потом дает посмотреть мне. «Видишь, какая древесина? Обувные гвоздики из можжевельника - самые лучшие! Дали бы нам экономическое послабление, мы бы во весь мир поставляли эти гвоздики!» - а пока за неимением такой возможности Фаина Ивановна использует веник для подметания в церкви («Тараканы не выносят можжевелового духа»).

Фаина Ивановна выходит на крыльцо храма и показывает рукой в сторону двух полуразвалившихся домов. «Батюшка наш ходатайствует, чтобы на этом месте сделать музей старообрядцев и хранилище для древних рукописных книг. Дали бы только нам экономическое послабление», - в который раз просит она кого-то там, наверху.