Затем отец Петр ушел. Василий, сам не зная почему, остался. Происшедшее потрясло его до глубины души. Неужели еще есть чистые души, не желающие мириться с грязью и злом? Неужели есть люди, беспокоящиеся о своей душе, а не о бренной оболочке?

Василий почувствовал, как в душе что-то меняется. Жизнь в уединенном монастыре была трудна. Но стоило только Василию представить себя в сырой, холодной пещере, замурованным, на одном хлебе и воде, как жизнь в монастыре тут же показалась ему сытой и привольной.

Он сорвал поблизости несколько лесных цветков, подошел к камням.

— Покойся с миром, странник! — прошептал он, — Пусть Господь примет твою душу! Да найдешь ты покой на небе в рае Господнем!

Василий осторожно положил цветы перед каменной стеной, вздохнул. Потом развернулся и пошел. Душа в груди полнилась печалью, но в то же время Василий чувствовал такое просветление, какого не чувствовал еще никогда…

ЕЩЕ ОДНО ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Церковь. Священник. К нему подходит молодой паренек со странными глазами старца.

— Батюшка, я хочу исповедаться!

— Для исповедей отведено определенное время!..

— Я не могу ждать! — Паренек с мольбой глядит на священника. — Мне нужно покаяться!

— Ну хорошо! — Священник почувствовал, что не может отказать, видя эту безысходность тоску в глазах. — Покайся!

— Я убил человека!

— Как?! — Священник не сумел сдержать эмоций. — Это смертный грех!

— Я знаю! Но он совершил насилие над моей любимой, и я не смог ему простить!

— Ему гореть в аду… Но и ты ответишь!

— Что мне делать, святой отец?

— Покайся! Пойди и признайся во всем! И пусть страдания будут для тебя искуплением за грехи! Покайся и иди с Богом!

— Каюсь! Это грех! Но я не смог бы поступить иначе! Не смог! Если бы меня Бог поставил перед выбором еще раз, я бы поступил точно так же! Я бы не смог поступить иначе!..

Священник хмурится.

— Вы недовольны мной? Да, вы правы! Но я должен был так сделать! Ведь преступник мог надругаться еще над какой-нибудь молодой, беззащитной девушкой!

— Бог тебе судья! Я не могу отпустить тебе грехи, если ты не раскаиваешься!

— Спасибо! — печально вздохнул паренек. — Спасибо, что выслушали!

Он развернулся и уныло пошел из церкви. Спина горбилась, словно нес на плечах непомерный груз.

Выйдя из церкви, паренек огляделся. Церковь стояла на оживленной площади Хлынова. Кругом сновали люди, машины. Увидев желтую будочку милиции, паренек двинулся туда.

В будке сидели два милиционера, на маленьком столике чашки с чаем, распечатанная пачка печенья. Дежурство проходило спокойно, вызовов не было, отчего не расслабиться и не перекусить.

Скрипнула дверь, оба обернулись на вошедшего.

— Здравствуйте! — На пороге стоял совсем молодой еще паренек. Лицо решительное, брови нахмурены. — Меня зовут Миша Бубенчиков. Я хочу сделать заявление! Я убил человека…