Читаем Самосвал полностью

Я спросил его: человеку приснился сон, что он снится. Как мне растолковать его. Учитель ответил: ляг поспи.

Я так и сделал.

И мне приснился сон, удивительный сон. Я и еще кто-то — их было много — стояли и смотрели на огромную Луну, а потом оказалось, что и не на Луну вовсе, а на Землю, с синими-синими океанами и четко очерченными материками. Тогда я понял, что, по-видимому, умер и стою на Луне с другими духами. Совсем рядом с Землей был виден Млечный Путь, и на нем лежала огромная ладонь. Затем я увидел Господа Бога. Это была Его ладонь, и Он, Бог, был молодым чернокожим мужчиной. Может быть, еще и гомосексуалистом, но я не уверен. Узнать это можно было, только спросив, а у меня язык отнялся. Итак, Бог это негр.

Меня это не раздражало.

Бог долго глядел вдаль, а потом обратился к нам. Он опустил свое лицо к нам, я обернулся, и увидел, что стою один, а за мной — огромные многоэтажные дома, очень много домов, и Господь берет их в ладони и дует на каждый дом. И тогда огни дома гаснут, начиная с окон квартир, находящихся под самой крышей. Мне обязательно надо было попасть под выдох Бога, и я полетел к домам, но не успевал, хоть Он делал все это медленно, а потом я все-таки успел, и заплакал от того, как мне стало хорошо, когда на меня дышал молодой чернокожий Господь, и чуть не проснулся, но решил, что посмотрю, что же в этих домах.

А там не было квартир, только маленькие каморки, ярко освещенные, и в каждой было по несчастному, убогому существу — там были сумасшедшие Бедлама, которых лечили, избивая дубинками и окатывая ледяной водой, были кошки, издохшие от парши, дети, умершие от голода, женщины, убитые мужьями, муравьи, раздавленные жестокими детьми, и еще много, много существ. Бог выдыхал на них и их комнатки гасли.

Я понял, что это был конец их мучений — выдох Бога.

И я подумал, уже когда проснулся и решил плюнуть на очарование сна, что сон этот был чересчур правильным, символическим, и его можно продать в “Сторожевую башню", но мне не хотелось этого делать. Не хотелось совершенно правильно, потому что, когда я решил все-таки принять этот сон во внимание, то понял, что еще не проснулся, и рассуждаю о том, верный сон или нет, будучи еще в состоянии сна.

И тогда меня осенило.

Вас нет, Николай. Вы — сон. Чей-то мираж.

Поэтому я хочу спросить вас: расскажите, как оно? Скажите, только честно, вы — знак?