Читаем Самооборона полностью

Магда растеряно переводила взгляд с мужа на нас. У меня мелькнула мысль, что мы еще можем настаивать на прежней версии — в конце концов, Сара могла придумать версию о морской прогулке, чтобы скрыть какие-то собственные делишки — но Миранда уже решительно произнесла:

— Майор Пэйн, нам нужно с вами поговорить.

— Хорошо, — сказал Пэйн внешне спокойно, однако еще более темнея лицом. — Выйди, Магда.

— Но… — пролепетала его жена.

— Я сказал — выйди! А вы, леди, отойдите от моего компьютера.

После того, как Магда, пару раз обернувшись с жалким и испуганным видом, вышла за дверь, мы, трое оставшихся, сошлись посередине комнаты.

— Вы в полном дерьме, Пэйн, — сказала Миранда, и я подумал, что, при всей ее нелюбви к тупым боевикам, фраза явно взята оттуда. — Незаконная распродажа государственной собственности под видом списанного лома — сама по себе серьезное преступление. А уж когда речь идет о продаже оружия и боевой техники…

— Это обвинение? — майор, похоже, овладел собой и сумел придать своему голосу иронический оттенок.

— Это констатация факта. Ваша жена очень любезно показала нам ваш дом со всеми его милыми безделушками, которые вы, подозреваю, обычно не вынимаете из шкафов, когда к вам приходят сослуживцы. По моим самым скромным оценкам, стоимость находящегося здесь имущества эквивалентна вашему жалованию примерно за сто пятьдесят лет — при условии, что вы не тратили бы ни цента на еду и все прочее. И это еще без учета ваших банковских счетов.

— Магда, — фыркнул он. — Нашли, кого слушать. Ну да, признаюсь, иногда я заметно преувеличиваю реальную цену моих подарков. Немного пустить пыль в глаза собственной жене, чтобы ей же доставить удовольствие — это не преступление.

— Обманывать свою жену — не преступление, мистер Пэйн, — сочувственно кивнула Миранда. — Обманывать свою страну — это уже гораздо хуже. Если вы желаете официальную экспертизу с арестом имущества и оценкой его стоимости, это можно устроить. Но главное даже не это. Не то, что вы вор. Мало ли на государственной службе воров. Но вы продаете боевую технику армии КША коммунистическим бандитам, а это уже совсем скверно.

— Неправда! — воскликнул майор с такой горячностью, что я усомнился в ее наигранности.

— Правда. 8 августа прошлого года вы продали красным боеспособный, полностью укомплектованный гироджет «Мицубиси Сикорски» тип пять, бортовой номер NR-60841. Частью положенной вами в карман суммы вы поделились с пилотом Марком Рональдо, заплатив ему за молчание о том, что машина была полностью исправной на момент списания. Не далее как сегодня утром этот летательный аппарат был сбит правительственными войсками Кубы в бою за Гуантанамо, и его обломки с ясно читаемым бортовым номером найдены и сфотографированы. Показать?

— Я понятия не имею, о чем вы говорите, — он все еще хорошо держался. — Да, в прошлом году часть техники базы была списана и реализована, согласно правительственной программе… возможно, там были и гироджеты, я сейчас уже не помню, надо поднимать документы… но, естественно, они не были летнопригодными, и уж тем более оснащенными оружием. То, что какие-то детали проданной на лом техники в конце концов оказались у красных, ничего не доказывает. Знаете, в мире до сих пор есть летающие экземпляры самолетов Второй мировой войны. На самом деле оригинальных деталей в них — процентов десять, да и те от разных машин.

— Да, да. Но, на ваше несчастье, пилот гироджета успел катапультироваться и был взят в плен. На допросе он показал, что летал на данной машине с 11 августа прошлого года. Три дня — слишком маленький срок, чтобы в каких-то партизанских мастерских, в условиях тотального дефицита высокотехнологичных продуктов, инструментов и материалов, восстановить разукомплектованную рухлядь до полностью боеготовой машины современного уровня, вы не находите?

— Пока что я слышал только ваши голословные утверждения.

— Хорошо, — Миранда сходила к брошенной на диван сумке и вернулась со своим компом, на ходу разворачивая экран. — Вот запись. Вы понимаете по-испански?

— Вполне, — буркнул Пэйн, и Миранда запустила наш «фильм», растянув экран перед лицом майора. Надо отдать ей должное — она так удачно вмонтировала кадры спинки кресла с номером, что, не зная, трудно было понять, что они и «допрос» сняты совсем в разных местах.

Когда запись закончилась, Пэйн вздруг рванулся вперед. Я на миг растерялся, не зная, хватать его, защищать Миранду или бежать к сумке за пистолетами, но оказалось, что майор просто хотел как можно скорее оказаться за собственным компом. «Я должен проверить», — сказал он. Я понял, что он хочет перепроверить нашу информацию по независимым источникам. Я уже приготовился, что он прицепится к вертолету вместо гироджета, однако майор с торжествующим видом сообщил нам другое:

— Абанские источники сообщают, что пилот погиб!

Черт. Эта новость, очевидно, поступила за то время, пока мы болтали с Магдой.

Однако Миранду это совершенно не смутило.