Он возможно и ответил бы, но грохочущий гул ворвался на подъездную дорожку, и мы были залиты светом двух гигантских фар. Открытый джип, забитый парнями, шумящими громче, чем двигатель и взрывная музыка вместе взятые.

Один из них спрыгнул и оказался лишь в паре дюймов от меня:

– Мило! Кто она?

Риз уже стоял между нами:

– Вернись в машину, Эван.

– Остынь, мужик. Я просто оценивал её. Она придет, да?

Риз оттолкнул его:

– Сядь в машину и заткнись!

Остальные смеялись, выкрикивая всякие гнусности, которые я старалась не слушать.

– В чём твоя проблема?

В этот раз Эван толкнул Риза.

– Я думал, что существует правило не приносить свои собственные закуски на пикник.

– Я сказал заткнись! – Голос Риза утонул в звуке музыки, двигателя и других звуков и шумов еще исходящих из джипа. – С каких это пор ты говоришь мне о правилах?

Он схватил Эвана и с такой яростью метнул его, что парень ударился о переднее колесо и рухнул на гравий. Остальные наблюдали. Риз снова схватил его, поднял и запихнул на переднее сидение.

– Не ты устанавливаешь правила, чертов ублюдок!

Кто-то выключил музыку. Гул двигателя был единственным оставшимся звуком.

– Убирайтесь из моего дома! Вон!

Они не стали ждать повтора этих слов. И я тоже. В тот момент, когда отъехал джип, я потянулась к велосипеду.

– Эй … – он развернул меня. Велосипед упал на землю, колеса закрутились. – Прости за всё это. Давай притворимся, что этого никогда не было.

– Притвориться? Иными словами всё забыть? – Я вырвалась из его рук. – Так не бывает, Риз.

Он поднял велосипед и прислонил его обратно к стене.

– Я уже извинился. Чего еще ты от меня ждешь?

– На данный момент – ничего.

– Ну же, я не хочу спорить. – Его голос понизился до обезоруживающего бархата. – Давай закончим разговор внутри. Затем я отвезу тебя в Форбс.

Высадить меня и освободиться? Всё по плану.

– Думаю, закуска уходит, Риз. Повеселись на пикнике.

Затем я села на велосипед и уехала. Он крикнул что-то мне вслед – это прозвучало как вопрос, но у меня больше не было ответов для него.

БЕН ОТКРЫЛ ДВЕРЬ, и его лицо зарделось от облегчения.

– Наконец-то! Я весь вечер звонил тебе. Аллея Плюща проглотила тебя целиком?

Я пропустила объяснения.

– Приглашение в Бостон всё еще в силе?

– Конечно.

– Когда ты едешь туда?

– Завтра, с другими. А что, в чем дело?

– Ты не возражаешь, если мы с тобой уедем сегодня вечером?

– Сегодня вечером?

Он осторожно вглядывался в мои глаза.

– Я думал, мы собирались пойти на вечеринку позже.

– Собирались. Я просто … Мне действительно нужно убраться отсюда, Бен.

Было очевидно, что изменение моих намерений не имело никакого отношения к нему, но он не колебался.

– Пойдем, я помогу тебе собраться.

Затем, не спрашивая больше ничего, он направился по коридору.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Ночь всех святых

ДОМОМ БЕНА ОКАЗАЛСЯ исторический особняк из красного кирпича в самом сердце Бостонского Бикон Хилла. Он принадлежал нескольким поколениям его семьи – и все еще был их собственностью, вот только теперь они приняли форму потускневших картин для прихожей.

Приехали мы поздно. Я боялась проводить ночь в чужом доме, одной, будучи расстроенной из–за Риза и его игр. Но я заснула, как только коснулась подушки щекой, а когда проснулась, Бен уже был внизу, читал.

– А вот и она! – Он закрыл книгу, выглядя посвежевшим и жизнерадостным. – Ты, наверно, умираешь с голоду. Готова исследовать местную кулинарию?

Схватив наши пальто, он спросил, какую часть Бостона я хотела бы увидеть первой. Я не много знала о городе. В основном Гарвард и то, что нашла в интернете.

– Гарвард – неплохая идея, на самом деле. Мы должны съездить туда, чтобы ты поняла, что пропустила. – Его рука проследила за воображаемой строкой субтитров в воздухе. – День из жизни Теи, если бы она отправилась в какую-то другой колледж.

Пойти в "другой колледж" было бы безопаснее, вдали от одержимых ритуалами профессоров искусства, загадочно исчезнувших родственников и неуловимых парней в двойном количестве, которые жили в поместьях с дворецкими. Но я оставила все это при себе, говоря Бену, что была готова к любой части Гарварда, которая, по его мнению, могла вызвать максимальную зависть.

Этим местом оказалась Площадь Гарварда. Безумно оживленная, заразительная, просто котел энергии – ничего общего с банальным Принстонским аналогом, Палмером. Три улицы пересекающиеся посередине, по которым несутся машины: гигантская звезда, готовая взорваться внутри себя самой. И куда бы ты не посмотрел, выбравшись за ворота кампуса, головокружительный калейдоскоп людей все время меняет свою форму.