И ВРАТА АДОВЫ НЕ ОДОЛЕЮТ ЕЕ

ТОРЖЕСТВО ПРАВОСЛАВИЯ

МИТРОПОЛИТ ИЛЛАРИОН

"СЛОВО О ЗАКОНЕ И БЛАГОДАТИ"

КРЕЩЕНИЕ В КОРНЕ изменило всю русскую жизнь. Видя себя в новом положении с новыми понятиями, русский человек неизбежно задавался вопросами о новых христианских обязанностях, о том, в какое положение поставлен он теперь по отношению к окружающему миру, к Богу, к себе самому.

В это время появляются первые письменные пастырские поучения, на века определившие самосознание народа. Особое место в их ряду занимает "Слово о законе и благодати" Киевского митрополита Илариона.

Первый русский (по происхождению) предстоятель нашей Церкви Иларион был поставлен на митрополию в 1051 году собором архиереев по воле великого князя Киевского Ярослава Мудрого. Сам факт его поставления имел в глазах современников промыслительный характер: "Вложил Бог князю в сердце, и поставил его (Илариона) митрополитом в святой Софии".

"Муж благ, книжен и постник", по выражению летописца, Иларион был давно известен киевлянам как пресвитер княжеской церкви святых Апостолов в местечке Берестове под Киевом. Там, возможно, и написал он свое знаменитое "Слово", ставшее одной из первых попыток христианского осмысления русской истории. Творение Илариона есть как бы голос всенародного раздумья о призвании русского народа – "глас радования" православного люда, ощутившего избавление от томительного рабства греху и в то же время напряженно размышляющего о том, какого служения ожидает Господь от Своих новообретенных чад. Мысли, созвучные "Слову", мы встречаем во многих памятниках эпохи, и это свидетельствует, сколь серьезно занимали они внимание всего общества.

Главным прозрением Илариона стало его утверждение о духовной природе той силы, которая соединила разрозненные славянские племена в единый народ. Митрополит говорит о русском народе как о целостности, объединенной под властью Божией вокруг религиозного христианского начала, идеал которого воплощен в Православной Церкви. Само "Слово" является едва ли не единственным памятником XI века, в котором употреблено словосочетание "русский народ", а не обычное для того времени понятие "Русская земля".

В этом стремлении к христианской святыне как к национальному идеалу – истоки русской соборности, "собранности" вокруг Церкви, сознания духовной общности народа, коренящейся в общем служении, общем долге. Соборность – это единство народа в исполнении христианского долга и самопожертвовании, в стремлении посильно приблизиться к Богу, "обожиться", "освятиться", воплотить в себе нравственный идеал Православия.

"Благодать же и истина всю землю исполни, – возвещал митрополит, – и вера во вся языки простреся и до нашего языка русского… Не невеждам ведь пишем, а обильно насытившимся книжной сладостью, не врагам Божиим-иноверцам, но сынам Его, не чужим, а наследникам Небесного Царства". Общность территории и происхождения соединялись с общностью религиозной судьбы – так было положено начало образованию русской православной государственности.

Чудом просвещения Владимира началось распространение веры: "… Когда он жил и пас землю свою справедливо с мужеством и пониманием, тогда сошла на него милость Всевышнего – взглянуло на него Всемилостивое око благого Бога, и воссиял разум в сердце его, чтобы понять суетность идольской лжи и обрести единого Бога, создавшего всю тварь видимую и невидимую". Начавшаяся при особенном Божием благоволении русская судьба и дальше видится Илариону как результат непрестанного промыслительного попечения: "И так, веруя в Него, и святых отцов семи соборов заповеди соблюдая, молим Бога еще и еще потрудиться и направить нас на путь, заповеданный Им".

Митрополит говорит о Богом определенной роли именно для русского народа, "спотыкавшегося" ранее "на путях погибели" (то есть, по сути и не бывшего русским народом в том смысле, как он его понимает), а ныне "во всех домах своих" восклицающего: "Христос воскресе из мертвых!" Эти-то, славящие Христа, и молят Бога "еще и еще потрудиться и направить нас на путь, заповеданный Им", то есть открыть, для чего новообращенным дано ощутить и осознать свою общность, для чего определено им быть единым народом, каковы в качестве такового их обязанности…

Цель этого всенародного единения в духе церковного миропонимания – сохранить чистоту веры, удержать ее апостольскую спасительную истину, "святых отцов семи соборов заповеди соблюдая". Здесь – корни русской державности, понимающей государственную мощь не как самоцель, а как дарованное Богом средство к удержанию народной жизни в рамках евангельской непорочности.