Читаем Саманта полностью

Он ничего не сказал, повесил дощечку на стену, где она всегда висела, быстро прошел к стойлам, оседлал свою лошадь и неторопливо вывел ее на улицу. Спустя пять минут все мужчины уже позавтракали, и на конюшне поднялся бешеный гвалт: слышались свист, смех, шум, лошади били копытами, приветствуя своих обычных седоков, и ржали, глядя друг на друга, когда мужчины выводили их из конюшни. В дверях создалась пробка, как на шоссе; мало–помалу все вышли на сырой двор и, весело переговариваясь, столпились под моросящим дождем.

Большинство мужчин надели поверх курток дождевики, и Джош протянул такой же плащ Саманте, когда она медленно вывела своего коня во двор. Ей достался крупный, невозмутимый гнедой конь, не резвый и даже апатичный. Саманта уже заподозрила, что он способен остановиться как вкопанный у ручья, заупрямиться и не идти вперед, обгладывать кусты, при любом удобном случае щипать траву и проситься домой, как только она хотя бы посмотрит в сторону конюшен. Да, денек обещал быть нелегким, и Саманта вдруг пожалела о том, что взъелась на Леди. Но главное, ей не терпелось доказать помощнику управляющего, что она достойна гораздо лучшего коня.

«Такого, как Черный Красавчик», — улыбнулась про себя Саманта, вспомнив про рысака Кэролайн. Ей так хотелось прокатиться на нем. Тогда бы она показала этому суровому типу, явно презиравшему женщин, класс верховой езды[

«Интересно, Билл Кинг когда‑нибудь напоминал его?» — подумала Сэм и пришла к выводу, что Билл, наверное, был еще хуже.

Билл Кинг был и оставался суровым управляющим, а этот человек не сделал ей в общем‑то ничего плохого, только дал смирную лошадь.

Немного подумав, Саманте пришлось признать, что это вполне разумный поступок, когда перед тобой неизвестная наездница, тем более из такого места, как Нью–Йорк. Да может, она вообще ездить верхом не умеет? Так что, если Кэролайн не попыталась заранее настроить своих ребят положительно по отношению к ней, Саманте, поведение этого человека вполне объяснимо.