Читаем Сальватор полностью

— Вы очень добры, сударь, — промямлил г-н Жерар.

— Я, напротив, собирался за вами послать… Чтобы вы меня побеспокоили?! Скажете тоже! Вы мой верный друг, мой герой, мой любимчик! Полно, полно, господин Жерар, вы сказали это в шутку.

— Мне показалось, что вы стояли…

— Да, конечно. Я только что проводил одного из ваших друзей.

— Одного из моих друзей? Кто же это?

— Господин Сальватор.

— Я с ним незнаком, — растерялся г-н Жерар.

— Зато он вас знает; так я, во всяком случае, думаю.

— Мне показалось, вы собирались выйти.

— И вы надеялись увернуться от нашей маленькой беседы, неблагодарный?

— Господин Жакаль…

— Положите-ка вот сюда свою шляпу. У вас всегда такой вид, будто вы собираетесь сбежать… Вот так, хорошо… Теперь садитесь! Где, черт возьми, дорогой господин Жерар, вы найдете более веселого товарища и более любезного собеседника, чем я? Неблагодарный! Не говоря уже о том, что, пока вы радеете о безопасности короля, я забочусь о вас! Да, я точно собирался выйти. Но вы пришли, и я остаюсь… Выйти! Как бы не так! Я готов пожертвовать своими самыми интересными делами ради удовольствия немного побеседовать с вами. Что же вы можете рассказать мне новенького, почтеннейший господин Жерар?

— Не много, сударь.

— Тем хуже, тем хуже.

Господин Жерар покачал головой, словно хотел сказать: «Заговор не проявляется».

— Что еще? — продолжал настаивать г-н Жакаль.

— Вчера к вам должны были доставить человека, которого я приказал арестовать у кафе Фуа.

— Что он там делал?

— Вел разнузданную наполеоновскую пропаганду.

— Расскажите об этом поподробнее, дорогой господин Жерар.

— Вообразите…

— Скажите прежде, как его зовут.

— Не знаю, сударь… Вы же понимаете, что с моей стороны было бы неосмотрительно спрашивать у него его имя.

— А приметы?

— Высокий, сильный, плечистый, одет в длинный синий редингот, наглухо застегнутый, с красной ленточкой в петлице.

— Отставной офицер?

— Так я и подумал, особенно когда увидел его широкополую шляпу, надвинутую на глаза и решительно сдвинутую набок.

— Неплохо, господин Жерар, неплохо для начинающего, — пробормотал г-н Жакаль. — Вот вы увидите: мы сделаем из вас отличного сыщика. Продолжайте.

— Он вошел в кафе, и я последовал за ним, так как он показался мне подозрительным.

— Хорошо, господин Жерар, очень хорошо!

— Он сел за столик и спросил маленькую чашку кофе и графинчик водки, заявив во всеуслышание: «Я пью кофе только с водкой! Обожаю глорию!» И он огляделся, словно ожидая, не ответит ли ему кто-нибудь.

— Неужели никто так и не отозвался?

— Никто… Тогда он решил, что не все сказал, и прибавил: «Да здравствует глория»!»

— Дьявольщина! — воскликнул г-н Жакаль. — Да он настоящий бунтарь! «Да здравствует глория!» — это все равно что сказать: «Да здравствует слава!»

— Я тоже так подумал, а так как при нынешнем правительстве, которое по-отечески о нас заботится, у нас нет оснований кричать «Да здравствует слава!», этот человек показался мне подозрительным.

— Очень хорошо!.. Похоже, это луарский разбойник…

— Я сел за стол напротив, решив послушать и посмотреть, что будет дальше.

— Браво, господин Жерар!

— Он спросил газету…

— Какую?

— Откуда мне знать?

— Вот это уже ошибка, господин Жерар.

— Думаю, «Конституционалист».

— Да, это был «Конституционалист».

— Вы полагаете?

— Я в этом уверен.

— Если так, господин Жакаль…

— Он спросил «Конституционалист»… Продолжайте.

— Он спросил «Конституционалист», но я заметил, что сделал он это исключительно из бахвальства. То ли случайно, то ли из пренебрежения он все время держал ее в перевернутом виде до тех пор, пока в кафе не вошел один из его друзей.

— Почему вы решили, господин Жерар, что это его друг?

— Они были одеты совершенно одинаково, только у вновь прибывшего костюм был куда более поношенный.

— Вот что значит вернуться из Шан-д’Азиля… Продолжайте, господин Жерар, это был его друг, у меня нет в этом ни малейших сомнений.

— Это тем более вероятно, поскольку вошедший направился к тому, что сидел за столом, и подал ему руку.

«Здоро́во!» — грубо сказал первый.

«Здоро́во! — в том же тоне отозвался второй. — Ты что, получил наследство?»

«Я?»

«Ты!»

«Это еще почему?»

«Да потому, черт побери, что одет ты с иголочки».

«Это жена меня приодела по случаю моих именин».

«А я думал, ты денежки получил!»

«Нет, но, по-моему, нам придется и дальше доверять некоторое время нашему венскому корреспонденту».

— Герцогу Рейхштадтскому! — заметил г-н Жакаль.

— Я тоже так решил, — заявил г-н Жерар.

«Знаешь, — продолжал первый офицер, — этот самый венский корреспондент чуть было не приехал в Париж».

«Знаю, — отвечал другой, — да ему помешали».

«Что отложено, то не потеряно».

— Хм-хм! Господин Жерар, как же вы сказали, что вам почти нечего мне сообщить? Я считаю, что и это уже много, даже если вам нечего было бы прибавить…

— Мне есть что прибавить, сударь.

— Так, продолжайте, продолжайте, господин Жерар.

Господин Жакаль с довольным видом достал табакерку и набил нос табаком.

Господин Жерар заговорил снова:

— Первый офицер сказал:

«Прекрасный редингот, ей-Богу!»

Он провел рукой по сукну.

«Отличный!» — с гордостью подтвердил второй.

«Чудесный ворс!»