Читаем Сакалиба полностью

основываться только на некоем едином критерии, относительно которого сакалиба и фахл

являются разными величинами. Таковым была бы для настоящего фрагмента оскоплен-

ность: этим качеством наделены сакалиба и не наделен четвертый раб. Применительно к

слугам таких критериев можно выделить несколько, например: цвет кожи (бид 'белые' -

судан 'чернокожие'), происхождение [рум 'румийцы' - турк 'тюрки'), оскопленность (хией-

ап 'скопцы' - фухул 'неоскопленные слуги'), положение при дворе (хуяафа' 'слуги,

приближенные к господину' или акабир фитйан10 'слуги, старшие над другими' -

остальные), занятия (баввабун 'привратники', куттаб 'писцы' и т.д.). И здесь следует

отметить, что восточные авторы при упоминании слуг не всегда руководствовались каким-

то одним критерием, но перечисляли все их разряды вместе. Например, в трактате ар-

Рашида Ибн Зубайра (XI в.) <Книга сокровищ и драгоценных редкостей> (<Китаб аз-

Заха'ир ва-т-Тухаф>) находим следующий отрывок: <четыре тысячи гуламов из слуг, не-

скоп-цов, тюрок и негров> [303, с. 229]". Или у ал-Мас'уди: <явился к нам евнух, а с ним

несколько тюрок> [291, т. 2, с. 415].

Говоря о <тюрках>, ал-Мас'уди имеет в виду тюркских гуламов, то есть рабов, таких же, как и безвестный евнух. Но следует ли на этом основании отождествлять с <тюрками> всех рабов-не-евнухов? Разумеется, нет. Тюркские гуламы, которые обычно не

оскоплялись, ибо были боевыми рабами, представляли собой особый разряд слуг - точно

так же, как и негры, о которых упоминает Ибн аз-Зубайр.

Ибн Хаййан, перу которого принадлежит фрагмент 1, говорит о мусульманской Испании.

Позволяют ли данные источников говорить о существовании в Андалусии различных

разрядов слуг, к которым относились также сакалиба и фухул! Гилман фухул

действительно представляли собой один из таких разрядов. Упоминание о фухул,

например, мы видим в описании принесения присяги андалусскому халифу ал-Хакаму II (961-976) в 961 г. [41, т. 1, с. 251], других дворцовых церемоний [276, с. 48, 192; 41, т. 1, с.

251]. При этом фухул иногда упоминаются даже наряду с другими неоскопленными

рабами - например, щитоносцами или лучниками дворцовой стражи. Точно так же в

рассказах источников о кордовском дворе мы встречаем наряду с сакалиба немало

евнухов, не относящихся к ним. Для них используются иные слова - хадим (мн.

хадам),хаси (мя.хисйан),фата (мн. фитйан), по всей вероятности, васиф (мн. вусафа)п.

Далеко не все евнухи именуются сакалиба. Так, в источниках по истории Андалусии мы

нигде не видим, чтобы нисба'1 ас-Саклаби давалась знаменитому евнуху кордовского

эмира 'Абд ар-Рахмана II (822-852) Насру. Но Наср действительно не имел к сакалиба

никакого отношения. В источниках мы читаем, что он происходил из испанского города

Кармоны и добровольно стал рабом, чтобы служить во дворце [275, с. 15]".

Изложенные здесь соображения показывают, что Ибн Хаййан пользуется категориями,

употреблявшимися при кордовском дворе. Сакалиба выступают здесь скорее как один из

разрядов евнухов. Как таковые, они отличаются от неоскопленного раба-фахла: в то же

время идентифицировать сакалиба со всеми евнухами вряд ли правомерно.

Аналогичные примеры можно привести в отношении Северной Африки. Там сакалиба

выделяются из обшей массы евнухов. Так, в рассказе о подарке Ситт ал-Мулк своему

брату, фатимидскому халифу ал-Хакиму (996-1021) (об этом см.: часть III, гл. 3), мы

обнаруживаем в перечне даров пятьдесят евнухов (хадим), из них лишь десять сакалиба

[303, с. 68; 286, т. 1, с. 458; 288, т. 2, с. 15]. Тот же ал-Хаким, согласно ан-Нувайри, одарил

однажды три группы слуг, именно: сакалиба, фаррашун и са'диййа [298, т. 28, с. 191]. Мы

снова видим, что группы формируются на разной основе. Фаррашун указывает на

определенные функции слуг при дворе15, са'диййа, по-видимому, названа по имени

человека, клиентами которого были члены группы. По свидетельству другого

средневекового историка ал-Макризи (1364-1442), ал-Хаким пожаловал однажды аман

(официальную гарантию безопасности) евнухам, сакалиба и писцам [288, т. 2, с. 79], в

другой раз-писцам, врачам, чернокожим слугам и спутшл-сакалиба [288, т. 2, с. 82].

Перейдем теперь к фрагментам 2-6. То, что они указывают на трансформацию понятия

саклаби, неоспоримо. В то же время уместно задаться вопросом: на каком этапе

произошла перемена? Здесь существенным представляется следующее наблюдение. Ибн

Макки и Ибн Хишам особо останавливаются на применении названия сакалиба к

чернокожим евнухам; у аз-Зухри сакалиба - невольники из Абиссинии. Но в более ранних

источниках мы видим совсем обратное: не сближение сакалиба и чернокожих слуг, а

четкое разделение между ними. Наиболее показателен в этом плане созданный в конце X

в. географический трактат <Наилучшие разделения в познании климатов> (<Ах-сан ат-

Такасим фи Ма'рифат ал-Акалим>) ал-Мукаддаси (род. в 9467 47 г., ум. около 1000 г.), где

белые невольники (сакалиба и румийцы) противопоставляются невольникам африканским

(берберам и неграм) [76, с. 242]. Столь же четкое разграничение прослеживается и в